Книга Кровавый Король, страница 265 – Элизабет Кэйтр

Знакомый смех нещадно бьёт по вискам Видара. Впервые он чувствует, как всё катится в жерло: он ощущал огромный катаклизм на своей земле, что звала сердце домой; он не слышал ровного биения нового сердца; мозг коробило от осознания, что именнонатворила его жена; а отряд оказался истощен, как только он прекратил поддерживать исцеление.

Здесь царила Тьма. А у него больше не было выбора. Долг требовал защитить Страну.

И, видимо, это единственное, что он умел делать, потому что, выбрав в этой войне ведьму — он с оглушительным треском провалился. И потерял её.

Тьма, глазами Эсфирь, наблюдает, как брат падает к ногам с застывшей безумной улыбкой на лице. Дьявольски-красные волосы ведьмы покрываются платиновым цветом, пока она неотрывно следит за реакцией Видара, Паскаля, всех, кто встал на Её сторону и, кто готовился вступить в Её блестящее правление.

Смотреть было физически больно. Но он не отводил взгляда, не сжимал челюстей, не делал абсолютно ничего, замерев в покорном ожидании.

— Я убью тебя! — рык Паскаля разрывает гнетущую тишину, и непонятно к кому именно он срывается: ненавистному королю или Тьме, что захватила тело сестры.

Видар ухмыляется, вскидывая руку вверх. Взгляд Паскаля мутнеет, он замирает на месте, не в силах сдвинуться. Его душа слушала Видара, пока взгляд ледяных глаз обжигал ненавистью профиль короля, и ему кажется, что так смотрит Эсфирь. Что она ещё жива, что это не Тьма эксплуатирует её тело.

«Прошу, окажись моей ведьмой, моей инсанис, моей женой. Смейся, называй меня «долбанным альвом», скажи, что это лишь шутка, очередной способ выказать пренебрежение! Умоляю, окажись моей Эсфирь, сотри из моего сознания то, как ты умираешь на моих проклятых руках», — Видару хочется проорать это прямо в лицо Тьме, будто там, внутри, всё ещё есть остатки его инсанис.

«Когда-нибудь,когда ты отвлечёшься — я причиню тебе столько боли, что ты пожалеешь о том, что вообще пришёл на этот свет!», — голос Эсфирь застревает у него в трещинах на рёбрах.

Он отвлёкся. Отвлёкся на проклятую секунду. И Эсфирь с филигранной виртуозностью исполнила обещание.

Видар внезапно усмехается, да так, что на лице Тьмы мелькает секунда растерянности. Но потом она гордо вскидывает подбородок, так и не распознав, что за эмоцию явил король.

Он действительножалел.

Кровавый Король снова преклоняет колено, а вслед за ним — и все последователи. Его страна подчинилась.

— Так быстро, Видар? — голос Тьмы становится вязким, древним.

— Я не вижу смысла противиться Тьме, моя госпожа, — чётко выговаривает Видар, чувствуя, что разрушения в его доме продолжались с невероятной скоростью.

Яркий взгляд сверкает, а Видар поглядывает на Тьму исподлобья. Тьма использовала тело его жены. Тэрра разрушалась. Емунужнозабрать её домой.

Тьма снова смеётся, оборачиваясь на труп Тимора.

— Представляешь, тот, кого ты называл Вторым Каином склонился передо мной, — Тьма поворачивается на Видара, внимательно оглядывая его. — Ты слишком слаб для Метки. Забрали твою игрушку, и ты перестал бороться? Как предсказуемо для юнца, что умеет призывать души. Каин, должно быть, разочарован в тебе. Овладеть силой в половину, не осмелиться взять Метку… Какаядосада, — с каждым словом она подходит всё ближе и ближе к Видару, под напряжённые взгляды его солдат и восторженные — своей армии. — Поднимись и сними с себя верх.