Книга Безумная Ведьма, страница 85 – Элизабет Кэйтр

— Потому что из Киркенеса мы попадём на Териберку, а там и окраины Малвармы недалеко, — усталый выдох слетает с губ Паскаля.

— Я правильно понимаю, что нам нужно каким-то образом пересечь три границы: Штатов, Норвегии и России, чтобы добраться до окраины Малвармы? А вы уверенны, что там вообще есть проход в наш мир? Но больше всего меня интересует – как мы вывезем Эсфирь, если она в статусе психички-убийцы-беженки?

Паскаль только дёргает левой бровью в ответ – мол «я расскажу всё, но не сейчас». Да только Видару нужно сейчас, в эту долбанную секунду. Если что-то пойдёт не так – он не сможет вытащить компанию самоубийц с помощью магии. Неужели, только он понимает это?

— Умоляю, можно я расскажу всё чуть позже? Я тут немногозанят, — рычит Паскаль, в то время, как удары по клавиатуре становятся громче.

— Ради Бога, отец Кассиэль, раз Вы умоляете, — хмыкает Видар, посылая в сторонурыжеволосого короля такую раздражающую улыбочку, что у последнего скулы начинают ходуном ходить.

Наверное, выводить из себя представителей семейства Бэриморт можно уже считать за хобби. Видар закусывает нижнюю губу, тут же жмурясь от боли, но предательская довольная улыбка так и стремится растечься по лицу. Он закидывает ногу на ногу, ощущая тянущую боль в рёбрах.

Спокойствие. То, что он так давно не ощущал внутри грудной клетки – сейчас бурлило абсолютно по всему телу. Если до сегодняшнего утра он не знал, что делать, куда бежать и как вообще убедить ведьму, что он не враг, то к вечеру всё перевернулось с ног на уши. Теперь он знал: как только они «выкрадут» Эсфирь из заточения, то их путь сразу же направится на окраину Стоуни-Брука, где ему наконец-то всё расскажут за чашкой кофе и быстрыми сборами, а затем – их ждёт долгий перелёт в Норвегию и увлекательнейшая поездка в северную точку России. А, что важнее всего, Видар знал, за это время он попытается заложить фундамент доверия для его взбалмошной ведьмы. Они вернутся в Малварму, прочувствуют энергию Пятитэррья и с новыми силами пойдут в бой.

Видар прикрывает глаза, опираясь затылком на спинку дивана, перемещая стакан к левой брови. Когда Эсфирь всё вспомнит (а она вспомнит – другого варианта развития событий Видар не рассматривает), он собьёт колени в кровь, вновь и вновь падая перед ней, пока она не простит его. Собственноручно вручит ей всего себя – потому что такой обмен будет равноценным. У него – её сердце, у неё – он. Только ей решать исход его судьбы. Больше Видар не намерен бежать, прятаться, решать за неё из страха быть отвергнутым. Он стойко примет любое решение. А затем с особой остервенелостью докажет, что не может жить без неё.

Настойчивый стук в дверь Видар пропускает мимо ушей, растворяясь в собственных мыслях и размеренной работе принтера. Видимо, Паскаль успешно справился с оформлением билетов.

— Эй, Круэлла[1], я, конечно, могу открыть дверь, но у вошедшего будет миллион вопросов.

Голос Паскаля выводит Видара из медитативного самобичевания. Он тут же подрывается с места, залпом осушает воду из стакана и накидывает на плечи халат.

— Даже не буду спрашивать – что это за прозвище. Проваливай с моего места и рукава раскатай!

— Мои рукава – наименьшая проблема, — Каскивает на живописное лицо Видара.

— Я не называл своё лицо проблемой, а вот тебя – пожалуй.