Книга Помощница для князя оборотней, страница 99 – Эми Мун

— Кушайте, гос-с-сти дорогие! — зашипел змеёй.

Северян быстро цапнул предложенное и бросил в уплату какой-то совсем крохотный камушек, который упал за стойку. Кабатчик ринулся искать, а Северян, подхватив Василису под локоток, повел прочь.

— Живее, Васька, — шепнул ей.

Василиса не спорила. Перебирая ногами так быстро, как могла, она бежала за князем. Который остановился только у заросшего осокой пруда.

— Ну вот, тихое место. Тут и потрапезничаем, — объявил Северян.

И, скинув с плеч накидку, первыйопустился на землю. Василиса устроилась рядом. Наплевав на приличия, сразу потянулась к пирогу.

— Экий ты до хлеба жадный, — засмеялся Северян, когда она отхватила сразу половину.

Василиса согласно замычала. Она соскучилась по выпечке. В лесу, конечно, хорошо, мяса всегда в достатке, ягод, кореньев всяких… но вот с хлебом проблема.

А князь словно угадал ее мысли и, отщипнув кусочек, добавил:

— У диких не так…

— М-гм?

— А откуда хлебу взяться? — верно угадал Северян. — Полей мы не расчищаем, мельниц не ставим. Покупаем муку у людей. Ещё ткани, конечно… Меняем на пушнину. У нас добрые охотники, а ещё кузнецы, плотники и кожевники. А вот хороших травников почти нет.

И, хлопнув ее по плечу, добавил:

— Приходи к нам!

Недоеденный кусок стал поперек горла. Василиса закашлялась. Северян ругнулся и врезал ей по спине. Кусок полез обратно. Вместе со всеми неприличными словами!

А князь сунул ей в руки бутылку:

— Запей!

О да! То, что нужно! Василиса от души приложились к горлышку. И через секунду кашляла пуще прежнего.

— Это... это...

— Брага, — любезно подсказал Северян. — Слабенькая совсем. Аль ты не пьющий?

Нет! То есть да — бокал вина в праздники! Василиса потрясла головой. А Северян продолжил:

— И правда, хмель травникам только вредит. Дай сюда!

Но Василиса прижала бутыль к груди.

— Я, эм… стой. Погоди чутка. Ох… огорошил ты меня, Северян.

И она сделала несколько глотков. Фу, гадость!

Северян терпеливо молчал. А Василиса, справившись с первым шоком, уже открыла рот, чтобы красиво отказаться, но вместо этого произнесла:

— А если бы я не был травником, князь? А? Что тогда?

— И тогда бы позвал! — с жаром ответил князь.

И ей жарко сделалось. От браги, наверное. Василиса хлебнула ещё разок.

— Позвал, как же, — пробормотала, отворачиваясь. И с неожиданной обидой добавила: — Кого бы ты позвал, так это княжну! Эта хороша и без всяких способностей.

От Северяна потянуло трескучим напряжением. Наверное, скажет сейчас какую-нибудь гадость! Василиса приготовилась держать удар, но все равно пропустила.

— Хороша, спору нет. Да только не люба мне.

И, выдрав у Василисы бутылку, Северян ополовинил ее за несколько глотков. А Василиса хватанула ртом воздух:

— Как… как не люба? Она?! Ты?! Да ты... Врешь!

— Нет.

— Да! Врешь! Ты ведь чуть в Смородиновой ради нее не сгорел! Сад Яги весь день лопатил! Червяки эти мерзкие, фу! А теперь вот к Змею в логово собрался! Без меня! Дай!

Василиса потянулась к бутылке. Но князь перехватил ее за руку и нагло выдул остатки! Жмот лесной!

— Да, я все это сделал! — заявил, сверкая желтыми глазами. — И сделал бы снова! Потому что клялся богине приумножить наши земли. За этим шел в Новиград! Поэтому и вернуться должен!

Ах, вот оно что! Брак по расчету! Нет, Василиса не удивилась. И в ее родном мире этого валом! Но узнать такое равно неприятно.