Книга Помощница для князя оборотней, страница 98 – Эми Мун

Стоило представить, что вместо желанной до сердечной боли девы он берет другую — и влечение пропадало.

Нет, ему нужна только одна! Но где искать? Как далеко? И что с княжной делать? Эти мысли жалили хуже диких пчел.

А к ним теперь ещё горечь Васькиной обиды прибавилась.

Малец сидел у костра, нахохлившись, словно воробышек после дождя. Рядом толклась Устинья, пробовала растормошить. А в его — Северяна — сторону, бросала недобрые взгляды.

Со всех сторон он виноват, да… Так хоть извиниться, что ли?!

Глубоко вздохнув, Северян подошёл к Ваське. Тот мигом вскочил на ноги и задрал подбородок.

— Что прикажешь, князь? — процедил едко.

Дерзкий какой! Северян усмехнулся.

— Прикажу, да... — И вместо того, чтобы сказать то, что задумал, он хлопнул мальца по плечу: — Лишнее из котомки вынь!

Васька удивлённо хлопнул белесыми ресницами.

— Ч-что?

— Лишнее, говорю, из котомки вынь. Будет куда припасы складывать.

Малец снова моргнул и вдруг расплылся в широкой улыбке:

— Как прикажешь, князь!

И побежал исполнять.

А Северян вздохнул полной грудью. Хорошо! И солнышко будто ярче стало, и ветерок слаще… А сидевший около пленниц Ладимир как ни в чем не бывало произнес:

— Купите тканей. Одежду подлатать.

Но за радостью в его взгляде Северяну на мгновение почудилась грусть и капелька досады. Однако морок тут же исчез, и Ладимир снова принялся заговаривать пленницам зубы. Северян не стал разбираться, почему ему так привиделось. Да и Васька уже торопился обратно с пустой котомкой.

— Я готов!

Северян кивнул. И они двинулись в путь.

* * *

Мухосранск какой-то, простигосподи…

Василиса оглядывала подслеповатый домишки и узкую пыльную улицу, но депрессивные виды не могли омрачить ее великолепного настроения. Северян все-таки взял ее с собой! Ну не чудо ли?

Однако князь не разделял оптимизма Василисы.

— Надолго мы здесь не задержится, — сообщил хмуро. — Дюже народец недобрый. Вон как зыркают.

Да? А она и не заметила...

— Ну и пусть смотрят, — ответила тихонько. — Нам ведь только припасов купить. А может, у них случилось чего?

— Вот сейчас и узнаем.

И Северян повел ее в кабак. Ну а где ещё можно собрать свежие сплетни? Однако желающих побеседовать в сумрачной и пропахшей чем-то кислым горнице оказалось немного.

Двое посетителей уже лежали на засаленных лавках, третий сидел в углу и смотрел на всех букой, мол, только попробуй сунуться. А еще двое увлеченно резались в нечто, похожее на домино. Северян здраво оценил обстановку и пошел прямиком к кабатчику. Столешница жалобно заскрипела, когда князь опёрся на нее локтем.

— Здрав будь, почтенный, — прогудел вежливо. — Будь любезен еды, питья и совета доброго…

Однако вместо того, чтобы вести себя по-человечески, бородатый увалень смерил их откровенно неприязненным взглядом и выдал:

— Первого и второго на вас не припасено! А третьим охотно поделюсь: убирайтесь подобру-поздорову!

Василиса аж дышать перестала. Ну все, хана кабатчику. А Северян ухмыльнулся кривенько и, выпустив когти, деранув по столешнице так, что на ней осталось пять громадных царапин.

— Живо тащи то, что велено! — рыкнул так, что стены затряслись. — А не то замест стола твоя пустая башка окажется!

И — о чудо! — как по мановению волшебной палочки, вдруг появился пирог и бутыль с чем-то мутным. А на щербатом лице кабатчика — улыбка. Такая фальшивая, что Василиса чуть не плюнула.