Книга Помощница для князя оборотней, страница 92 – Эми Мун

— Говоришь, товар у тебя есть? — хмыкнул так спокойно, будто не было ничего. — А у меня, — указал на поясной кошель, — вот что.

Василиса прижала руки к груди. Неужели?! Нет, она не могла поверить! Никак не могла!

Даже когда Северян вытащил из кошелька крупный, как грецкий орех, топаз. А торговец, увидев драгоценность, рысью метнулся в каморку и вывел не одну, а целых двух девушек!

— Мальчишку тоже давай! — прорычал князь.

И алчный мерзавец не посмел возразить!

К двум исхудалым пленницам добавился третий, совсем кроха — не старше четырех лет. Василиса чуть не разрыдалась, глядя, как одна из девушек подхватила малыша на руки и прижала к себе. Брат? Сын?

Василиса не спрашивала. Молчала, и когдаСеверян выводил их из города, так ничего не купив из припасов. И когда размашисто шагал к лесу… И когда скрылся за деревьями, чтобы сменить обличье.

Но стоило вместо мужчины появиться зверю — вот тут Василиса бросилась к медведю на шею.

Кожу защекотал густой мех. Лицо обдало горячим дыханием животной мощи. Но не страшной. Для нее — точно нет.

— Спасибо, Северян! — прошептала, глядя в умные совсем человеческие глаза. — Я... я все понимаю. Правда. Все-все… И мне не надо никакой награды. Эта — самая лучшая.

На последнем слове голос предательски задрожал. А медведь коротко фыркнул, мол, что с тобой сделаешь!

И повел их маленький отряд к месту стоянки.

* * *

Ладимир

Когда Ладимир увидел, кого привел князь, аж руками всплеснул. Ещё трое пленников! Ох, Василиса-Василиса… И ведь не поймет, что никогда бы князь не стал такого делать для простого слуги, даже если бы тот в ногах валялся. Но Васька уже давно переслал быть для лесного князя несуразной обузой — теперь Северян смотрел на него с затаённым теплом. Как старший брат на младшего.

И это хорошо!

Приглянулась Василиса князю не из-за телесной страсти, а смелым нравом и добрым сердцем. Значит, не отпустит от себя, как придёт время ему узнать. Но вот девица… с ней труднее будет.

Однако эти размышления Ладимир оставил на потом. Сейчас надо было о пленницах думать.

— Садитесь к огню, — пригласил жавшихся к друг другу бедняжек. — Ничего не бойтесь.

Ответом ему стали затравленные взгляды. Доверие из пленниц давно повыбили кнутами, но Устинья решила подсобить. Ласковым разговором ободрила девушек, сказала, что сама беглая, с семьей еле выбрались.

Не солгала — Ладимир с трудом обошел стражу. Ладно Устинья с сестрой — шустрые, — а вот матушка их плохо двигалась. Уж он котом и так, и этак около стражи бегал, отвлекал. Однако пару разочков их чуть за шкирку не схватили.

А медведь коротко зарычал и, подхватив котомку с вещами, ушел за деревья. Обратно вернулся человеком.

— Эту ночь здесь проведем, — объявил, не обращая внимания на пленниц. — Отдохнём как следует, а потом решим, как дальше быть.

Ладимир глянул на Василису, и та ответила жалобным взглядом, напоминая, что тоже хочет в логово Змея. Охо-хо… Трудно уговорить князя будет! И пока Ладимир решил не пытаться.

— Как скажешь,князь. Утро вечера мудренее.

Северян на этом успокоился, начал перебирать запасы. Девицы сбились в кучку, трапезничали тем, что Ладимир успел наготовить. Устинья с ними знакомство завела, ее сестренка тоже малость очухалась, все норовила за цветочками-ягодками в лес бежать, однако ее матушка поглядывала зорко. Женщина понимала, кому обязана своим спасением, и взгляд ее темных глаз был исполнен благодарностью.