Книга Помощница для князя оборотней, страница 130 – Эми Мун

Потому что взлохмаченный, еще сонный и безумно милый князь — это слишком. Василиса задыхалась от восторга и желания запустить пальцы в непокорную темно-русую копну или хотя бы дотронуться до красного отпечатка на его скуле. Но Северян держал крепко. И всего одной рукой!

А второй… О! Что он делал второй!

— М-м-м! — застонала Василиса, выгибаясь под жалящей лаской.

Северяну нравилась ее грудь. А Василисе нравилось, как он трогал и пощипывал чувствительные вершинки, разбавляя нежность легкими уколами боли, которые только распаляли желание. Бедра разъехались шире, вдоль позвоночника хлынул жар, закручиваясь внизу живота раскаленной спиралью.

— Северян, м-м-м… да, еще… хочу… — шептала Василиса в наглые мужские губы.

И бессовестно льнула к князю, умоляя о продолжении. Он же тоже этого хочет! По напряженном мужскому телу гуляла дрожь, а в груди клокотало рычание.

Но Северян нарочно мучил их обоих! До тех пор, пока Василиса не вскрикнула: она сейчас с ума сойдет! И только тогда рывком заполнил ее до упора. Одно движение! Но его хватило, чтобы голодный жар превратился в каскад частых и сильных судорог.

Василиса все-таки закричала. Как бабочка, насаженная на иголку, бесполезно билась под взявшим разгон оборотнем, умоляя о секундной передышке. Или чтобы не останавливался. С каждым движением восхитительно крепкой плоти внизу живота разрастался новый огненный вал. Так быстро! И ярко! И восхитительно до слез!

Пальчики на ногах поджались. Мышцы лона опять свело спазмом, а Северянглухо застонал, толкаясь особенно глубоко.

И все. Их накрыло одновременно. Прижав ее так, что дыхание вышибло, Северян кончал долго и много. А Василиса с огромным удовольствием приняла все до последней капли. Между ног все еще пульсировало, по телу гуляла приятная слабость, а в голове царила пустота.

И если бы Василиса могла, то сказала бы, насколько ей великолепно. Как приятно чувствовать тяжесть крепкого мужского тела и его, ох, твердость. До сих пор.

— Век бы тебя не отпускал, — прошептал Северян, потираясь щекой о ее макушку.

Василиса чуть слышно хихикнула. Так мило… Из-за разницы роста Северян буквально накрывал ее собой, и нежничать ему было не так уж и удобно, но он все равно умудрялся это делать, и еще как! Губы горели от поцелуев, и даже на шее остались метки от звериных клыков. Ее мишка немного кусался.

— Ох, — выдохнула, когда мир вдруг перевернулся.

Не выходя из нее, Северян перекатился на бок и сел. А она оказалась в кольце сильных рук. Князь медленно гладил ее по спине и бокам, ласкал взглядом обнажённое тело, и от этого тлевшие угольки страсти вспыхнули ярче, готовясь вновь расцвести пожаром.

Северян шумно вздохнул:

— Отзывчивая ты… — И, огладив от макушки до попы, добавил: — Твой запах стал слаще… Это значит, что может получиться дитя...

А у Василисы дыхание перехватило. Как в больное ткнул! Хоть и не нарочно… Князь беспокойно шевельнулся. Освободил от себя, подтянул ближе на грудь и заглянул в глаза.

— Не хочешь ребенка?

Хочет! Очень-очень! Внутри все горит от одной только мысли, что на руках будет пищать крепкий мишка-мальчишка… Или дочка с янтарно-карими глазами. Но…

Василиса уткнулась в могучее плечо князя и выдохнула:

— Уже есть ребенок. Там, в другом мире.

И рассказала. Вообще все. И кем она была, и как муж предал, и про две полоски на тесте, хотя князь вряд ли понял, что это такое. Но она объяснила. Наверное. Слова бежали быстрее мыслей. Василиса путалась, перескакивала, возвращалась к уже сказанному и, совсем обессилев, позорно расплакалась.