Книга За Усами, страница 61 – Джинджелл Вэнди

Если бы Ёнву подождала, пока самец полностью изменится, драка могла бы продлиться дольше. Она этого не сделала: правила боя кумихо были непоколебимо ясны и основывались на принципе, что, если кумихо не способен измениться как можно быстрее, это его собственный провал — и Ёнву была рада, что у неё есть один закон, который она может неукоснительно соблюдать, доставляя удовольствие самой себе. У самца только что отрос третий хвост, когда она вцепилась ему в горло, заставив его вскрикнуть, когда они повалились друг на друга.

Ёнву обхватила его так крепко, что, хотя она и ослабила хватку на его горле, убедилась, что, когда они расцепятся, он всё ещё будет достаточно близко, чтобы она могла схватить его за плечо и встряхнуть, как глупого маленького щенка, которым он и был. Рычание наполнило её уши; горячаякровь наполнила рот тонким металлическим привкусом.

Кумихо оторвался от неё, оставив шерсть и клочья плоти между зубами, и вскочил на ближайший выступ, чтобы перегруппироваться и прыгнуть с большей высоты. Ёнву услышала шипение чего-то металлического позади себя; она почувствовала, как воздух сместился и перемешался, и она, рыча, развернулась, чтобы встретить натиск уже окровавленного кумихо. Зубы лязгнули и укусили, и Ёнву оторвала ухо, когда отделялась от своей добычи. Эта добыча с воем бросилась прочь от места схватки, а Ёнву, едва успев насмешливо рассмеяться, снова бросилась на свою первую цель, когда он прыгнул на неё. На этот раз он нацелился и на её горло, но преимущество, которое могло у него появиться, если бы он схватил её за загривок и развернул к себе, лишь замедлило его и сделало неповоротливым.

Ёнву оттолкнулась от земли задними ногами, в последний момент уклоняясь от прыжка, и встретила его поперек туловища, сбив на землю. В схватке, в которой он был зажат под ней, Ёнву схватила зубами ближайшую заднюю ногу и сломала её, как веточку. Кумихо взвыл от боли, которая перешла в хныканье, а она, размахивая хвостами, развернулась назад, чтобы принять участие в схватке.

Но драться больше было не с кем. Ёнву поняла это с первого взгляда и в замешательстве снова стала человеком. Здесь должен был быть другой кумихо, но вместо этого Атилас чопорно стоял в одиночестве, выглядя едва ли менее опрятным, чем раньше, хотя и значительно более окровавленным. Ёнву заметила, когда сардонически огляделась, что неподалёку находился один молодой человек, получивший серьёзную травму — красивый, аккуратный удар длинным лезвием точно в два ребра, где это нанесло бы наименее опасную травму, — занятый утешением другого полуголого молодого человека, который рыдал и держался за голову, где когда-то у него было ухо.

— В следующий раз не путайтесь под ногами, — холодно сказала она им двоим. Они поклонились, отводя глаза, и Ёнву добавила, обращаясь к Атиласу: — Мы можем продолжить идти. Думаю, в следующий раз они будут умнее, чем нападать на тебя.

Первый кумихо, которому она сломала ногу, зарычал им вслед, когда они проходили мимо. Никто ещё не пытался помочь ему подняться, и, хотя он исцелится гораздо быстрее, чем обычный человек, он всё равно будет хромать в течениенедели, что вызовет большое веселье за его счёт.

— Тебе следует быть осторожнее, сестрёнка, — крикнул он ей вслед, и в его голосе послышалось рычание. — Кто-нибудь постарается преподать тебе урок, если ты не будешь вести себя более уважительно.