Книга Княжна из цветочной лавки, страница 133 – Мила Ваниль

Уж не знаю, чародей ли наслал на город какой-нибудь туман забвения… или провинция живет по своим правилам… Мне оставалось лишь радоваться отсутствию сплетен о том, что я — отвергнутая невеста принца. Княжна из цветочной лавки? Отлично! И мне комфортно, и бизнесу польза. Еще бы «женихи» не надоедали…

А что? Да, за мной пытались ухаживать. Княжна все же! Хоть и обнищавшая. Однако поклонники испарились, как только у меня вырос живот.

Благодаря лэру Сапфирусу беременность протекала хорошо. Утренняя тошнота давно осталась в прошлом, ноги не отекали, сонливости не было. Как-то я призналась чародею, что не отказалась бы почитать каких-нибудь полезных книжек о том, как растить и воспитывать ребенка, изданных в моем мире. И он их принес! Оказалось, и такое возможно.

— Не знаю, чемони тебе помогут, — сказал лэр Сапфирус, — потому как продукты питания, лекарства, соски и даже одежду запрещено перемещать между мирами. Впрочем, и книги эти… контрабанда. Но полагаю, тебе станет спокойнее, если ты их прочтешь. Позже я все заберу.

И все же книги мне помогли. Я хотя бы получила представление, как развивается мой ребенок, что такое роды и что ждет меня после. В любом из миров ребенок должен есть и спать, в любом из миров его нужно купать, чистить носик и ушки, подстригать ногти, менять пеленки. Молокоотсоса у меня не будет, зато я узнала, как избежать мастита. По картинкам я училась пеленать, запоминала, когда младенец начинает держать голову, поворачиваться, сидеть, ходить, когда появляются первые зубки.

Наверное, Ирина Львовна могла рассказать, если не все, то многое. И все же лэр Сапфирус оказался прав — мне стало спокойнее, когда я прочла эти книги.

Когда не нужно было ехать в лавку, я проводила с Ириной Львовной, как минимум, утро. Она или учила меня чему-то, или мы вместе шили приданое малышу. В хорошую погоду мы вместе гуляли. После обеда я читала или занималась комнатными растениями. Дом смилостивился и выделил мне для этого теплую комнату на первом этаже. Не полноценная оранжерея, но все же цветы в горшках чувствовали себя там уютно.

И в лавке дела шли отлично. Живот работать не мешал. Наоборот, я понимала, для кого все это, когда малыш шевелился и пихался. Он словно напоминал о себе, мол, держись, мамка, ты трудишься не зря.

Очень много заказов на украшение домов поступило перед празднованием Дня Снежной Середины. Все же традиционные гуляния здесь свои, не такие, как в моем мире. Однако по сути схожи, так что я спокойно использовала еловые и сосновые ветви, шишки, омелу, розмарин и падуб, убедив Алуру, что их нужно найти и привезти заранее. К следующему году нужно раздобыть и вырастить пуансеттию — «рождественскую звезду». Скорее всего, местные оценят ее праздничный вид.

Запас монет в сейфе увеличивался. Если горожане и сплетничали о моей беременности, то я об этом не слышала. И относились ко мне ровно, без ненависти или презрения. Так что… зима прошла спокойно, в труде и умиротворении.

О Гордее я не вспоминала, потому что… никогда о нем не забывала. Пыталась поначалу, а после смирилась. Наверное, я тоже однолюб.Или он проник в мое сердце так глубоко, что стал его частью. Да и как можно забыть мужчину, чьего ребенка я ношу?

Гордей не напоминал о себе. Новости из столицы приносил лэр Сапфирус, но я ими не интересовалась. Он ничего не рассказывал о Гордее, а я не расспрашивала. Так… спокойнее. Я не хотела терять ощущение, что Гордей — рядом. Мы вместе просыпались по утрам, вместе завтракали, обедали и ужинали, вместе отправлялись в лавку, вместе поливали герань и цикломены, вместе гуляли по саду. Иногда я мысленно разговаривала с Гордеем, чувствовала его ладонь на животе, когда ребенок шевелился. Зачем мне знать, чем он занят на самом деле?