Книга Развод с ледяным драконом. Аптека опальной попаданки, страница 46 – Лилия Тимолаева

— Это не моя воля, — сказал он тихо. — Это чей-то рычаг.

— Слишком удобная фраза, — я почти рассмеялась, но вышло хрипло. — “Не моя воля”. А у меня, значит, воля? У женщины со ссылкой и пеплом вместо лавки?

— Ты сама вытащила это на улицу, — сухо бросил он. — И теперь тебя поджигают те, кто боится света.

— Ты говоришь так, будто я виновата в пожаре, — я наклонилась ближе, не отпуская Рина. — А я виновата в том, что твоя гильдия продаёт людям мороз в бутылках?

Кайрен не ответил сразу. Он повернул голову к “Снежным” за ледяной границей.

— Уведите их, — сказал он ровно.

— Милорд… — один из “Снежных” попытался возразить.

Кайрен посмотрел — и возражение умерло ещё до слов.

— Уведите, — повторил он.

“Снежные” отступили, как тени, и по льду потянулся свежий иней — след чужой дисциплины. Вокруг нас осталось меньше шума. Но для меня шум был не главным.

— Ты торгуешься, — сказала я. — Ты хочешь ребёнка. Я хочу, чтобы он остался жив. И чтобы я тоже осталась. Давай без красивых слов. Условия.

Кайрен приподнял бровь, будтоя предложила ему торговаться на рынке.

— Условия? — переспросил он.

— Да. — Я вдохнула глубже, игнорируя боль в руке. — Первое: Рин остаётся со мной. Не в твоих руках. Не в руках “Снежных”. Со мной.

— Он не твой, — сказал Кайрен резко.

— Он живой, — отрезала я. — А живые не “чьи-то”. Второе: ты убираешь печать. Сейчас или как-то… сдерживаешь. Третье: ты защищаешь мой дом. Мою аптеку. Моих людей. Аглаю, Мару, Тарна, Феликса. Ты слышал их. Они не должны пострадать.

Кайрен посмотрел на меня, как на человека, который очень смело просит невозможное.

— Ты хочешь слишком много.

— А ты хочешь слишком удобно, — сказала я. — Забрать ребёнка и оставить меня умирать с улыбкой “это порядок”.

Рин дёрнулся в моих руках и прошептал, едва слышно:

— Не надо… к нему…

Кайрен услышал. Я увидела, как его взгляд на секунду дрогнул — не мягкостью, нет. Узнаванием. Как будто ребёнок сказал ключевое слово.

— Он замерзает, — сказал Кайрен уже другим тоном. — И ты тоже. Если мы будем спорить, вы оба не дойдёте.

— Тогда соглашайся, — сказала я. — Или отпусти. И пусть нас добьют те, кто активировал твою печать.

Кайрен молчал несколько секунд. Ветер гонял по льду мелкую крошку снега. Где-то далеко скрипнул корабельный трос. И в этой паузе я вдруг поняла: он не привык, что у него требуют. И ещё — он не привык, что кто-то рядом умирает не по его плану.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Ребёнок будет рядом с тобой. Но под моей охраной.

— Под твоей охраной — значит, под твоим контролем, — выплюнула я.

— Под моей охраной — значит, жив, — отрезал Кайрен. — Печать я сдержу. Полностью снять сейчас не смогу. Это как выдернуть нож из раны на морозе: кровь пойдёт и убьёт быстрее.

— Красиво сказал, — я скривилась. — А по сути?

— По сути: ты идёшь со мной. Ты лечишь ребёнка и… — его взгляд скользнул к моей руке, — лечишь то, что в тебе запустили. Я защищаю твою лавку. И я выжимаю правду из гильдии так, что у них зубы застучат.

— И мои люди? — напомнила я.

Кайрен коротко кивнул.

— Никто из них не будет наказан за сегодняшнее. Пока они не лезут туда, куда не должны.

— Они уже лезут, — сказала я. — Потому что иначе их будут убивать молча.

Кайрен посмотрел на меня пристально, будто хотел что-то сказать — и передумал.