Книга Янтарный господин, страница 50 – Елена Ахметова

— Перемывали тебе косточки, — чистосердечно призналась я и первой протянула ему руки. — По-моему, виконт просто хотел узнать побольше об обстановке в замке, прежде чем заговаривать о планах на женитьбу.

— На... — Тоддрик заметно побледнел и схватил меня так крепко, будто опасался, что я сбегу посреди танца — возможно, с воем, плачем и скандалом.

Именно это мне и хотелось проделать больше всего, так что я заставила себя улыбнуться.

— Кроме того, приглашение — это было очень мило с его стороны.

Теперь, когда прочие гости решат перемыть косточки мне, им придется каждое мгновение помнить, что моим обществом не побрезговал сам виконт.

К чести Тоддрика, он не стал утверждать, что никто в здравом уме не побрезгует моим обществом, а только бледно улыбнулся.

— Это я должен был сделать так, чтобы тебя безоговорочно приняли за моим столом как равную.

— «Как, — повторила я и зеркально отразила его улыбку. Я не была ровней им — зато могла поклясться, что даже когда со мной ели с одного блюда и пили из одного кубка, об этом никто не забывал ни на мгновение. Для них я была мышью за господским столом — со мной мирились, потому что моего присутствия хотел хозяин, а перечить ему не смел никто.

Виконт выгодно выделялся среди гостей хотя бы тем, что для него я была «маленькой мышкой», а не мерзким вредителем. Но рассказывать об этом Тоддрику я бы точно не стала. Да и какой смысл? Он и так догадывался, что меня терпели из уважения к янтарному господину, а не из-за моего личного очарования.

— Они привыкнут, — убедительно пообещал Тоддрик. В танце он вел так же требовательно и жестко, как и говорил.

— Дай сперва время на привыкание мне самой, — попросила я.

Кажется, он снова скрипнул зубами.

— Лагот тебе что-то наговорил.

— Мы поговорили о долге землевладельца и обо всем, что из него следует, — я чуть пожала плечами, но в ответ на безобидный жест Тоддрик почти прижал меня к себе и так и не позволил отстраниться. — Но я не узнала ничего нового и поразительного.

А вот рыцарь вздрогнул от одной мысли о том, что кто-то мог обсуждать с дамой долг землевладельца, и сдавленно выругался сквозь зубы.

— Айви, послушай меня. Я не землевладелец и не обязан...

Не дослушав — не обязан он, лисий сын, как же! — я подалась впереди бесстыдно прикусила колючую кожу на его челюсти. Тоддрик подавился собственными словами и застыл — к счастью, этот танец не подразумевал правильного рисунка, и рыцарь успел потихоньку оттащить меня в самый угол, подальше от музыкантов и собирающей все взгляды блистательной леди Сибиллы; но пожилые гости за столами все же зашептались. Тогда Тоддрик все-таки выдохнул и отошел к стене — чтобы одарить меня укоризненным взглядом обстоятельно и без помех.

— Ты не обязан, — подтвердила я, встретив всю мощь рыцарской укоризны невинной улыбкой. — Это я обязана быть в замке, пока продолжаются празднования. Но о том, чтобы я появлялась в зале для гостей, речи не было, и я предпочла бы прясть, а не терять время, доказывая безразличным мне людям, что я не хуже них. К тому же я слышала, что вскоре леди Сибилле понадобятся обновки — почему бы мне не заняться ими?

Тоддрик, кажется, хотел возразить, но его как нельзя вовремя отвлек вопросом тихо подошедший управляющий. Следом за ним голос подала почтенная леди из-за ближайшего стола — рыцарь был вынужден подойти ближе, чтобы расслышать ее.