Книга Услуга Дьяволу, страница 268 – Валерия Воронцова

А та, что сумела оставить Дьявола, не может зваться слабой.

Моего любимейшего сна. И за огненными небесами Обо мне задумалась она, Девушка с газельими глазами

Николай Гумилев

Покосившись на Аримана, застывшего у стены в покоях Карателя и его Фаворитки, Тунрида проигнорировала предупреждающий взгляд друга и подступила к креслу Владыки Тьмы и Огня.

— Мой повелитель, возможно, вам следует отдохнуть, — осторожно проговорила казначей, готовая и к вспышке гнева, и к ледяному напоминанию, где ее место.

Только что она вернулась из лабиринта зеркальных коридоров и отражений, где в очередной раз пыталась найти Хату, и в очередной раз потерпела поражение. Разумеется, ее бывшая ученица знала, как скрываться, и держалась подальше от отражающих поверхностей, как видно избегая не только зеркал, но и воды.

С ухода Хату прошло два семидневья, и каждый новый день для царства Карателя, оставленного своей Фавориткой, был хуже предыдущего.

— Никто здесь не будет отдыхать, пока моя Хату не вернется домой, — по стенам покоев поползла морозная вязь, и огонь в камине перед Карателем стал светлее, чем его свита когда-либо видела, а затем вовсе обратился голубым пламенем, самым горячим из всех существующих.

Ариман едва заметно качнул головой, веля Тунриде молчать. Последние трое суток повелитель не покидал этих комнат, прислушиваясь к огню и разыскивая свою радость, поглаживая в руке серьгу-звездочку, принадлежавшую девушке. У кресла напротив стоял ее мольберт с картиной, от вида которой дух захватывало и щемило сердце даже у свиты Карателя, на столике лежало письмо, прочитанное, как полагал воин, сотни раз.

С тех пор, как Рюкай сообщил, что Геката вернулась в резиденцию без своей всадницы и ее инферги, свита Дьявола, как и все Подземье, не знали покоя. Повелитель в считанные мгновения вернулся в резиденцию, и, обнаружив прощание Хату, перенесся на переправу Семанит, где едва не испепелил лодочника. Вернув самое ценное, что отдала его Фаворитка, увидев, чего стоила ее поездка, Каратель взревел, как раненный зверь. Боль, гнев, сожаление, неверие — Ариман слышал в этом вопле страдание и, что еще хуже, отголосок страха.

Их маленькая звездочка, выросшая и засиявшая на глазах свиты, оказалась в царстве смертных без единственной вещи, способной защитить ее. Никто из троицы первопадших не ведал, что случится,если они не успеют вернуть повелителю его радость до того, как кто-то из внушительного списка его врагов убьет ее.

Свита Хату, прислуга и стража, даже его высочество Этер, чей след легко взяли инферги Хирна от поводьев Гекаты — все были опрошены и проверены, и никто не знал, куда отправилась хозяйка Садов времен. Всех повелитель допрашивал лично, постепенно проникая в каждую деталь и мелочь, побудившие его радость оставить его.

Первые дни Каратель то и дело уходил в земное царство, пробовал найти Хату с помощью магии, смертных ведьм, ветров и вод. После объявил на все Подземье, что тот, кто тронет его Фаворитку хотя бы ногтем — лишится головы.

В начале этого семидневья в тронном зале Цитадели Рока — резиденции в Нижнем Подземье, негде было и шагу ступить, чтобы не испачкаться в крови или не задеть чью-либо отрубленную конечность. Аристократии падших хватило дерзости обратиться к повелителю с мольбой выбрать себе новую Фаворитку из представленного ими списка… Многие бессмертные едва могли шевелить глазами, когда Каратель с ними закончил, утвердив, что более не намерен терпеть их выходок.