Книга Услуга Дьяволу, страница 196 – Валерия Воронцова

— Ну что же вы, Ваше Высочество. Пригласили даму на танец, а сами не танцуете, — хладнокровно бросила я, поведя даркутом в сторону в знак вызова.

Гнев падок на провокацию. Лицо Этера немного покраснело, замах по дуге, звон столкновения, искры, шаг за шагом, поворот, по кругу, вниз и вверх, отклониться и вернуть выпад. Покоем и искусством нужно наслаждаться, и каждый мастер меча знает об этом не понаслышке. Это не эмоция, не желание победить, ранить, убить или выжить. Это данность, широкая река, с чьим течением нельзя бороться, если не хочешь утонуть.

Я любила свой даркут, свое «Сияние», и оно было послушно моей руке не меньше, чем Фатум или Геката. Я любила фехтование, как иные девушки петь или выбирать красивые наряды. Я любила чувствовать эти холод, спокойствие и кристальную ясность сознания, находя в них медитацию, но совсем другую. Окунуться в кахе — значило работу с магией, содержимым сосуда. Упражняться с мечом — значило работу над самим сосудом.

Чем сильнее распалялся Этер, тем большую легкость обретали мои движения. Я выучила скорость и силу его ударов, видела их конечную цель от начала и вскоре разгадала весь узор его возможностей. Мы перемещались по дуэльному кругу, словно тени одного костра по земле: сталкивались, расходились, переплетались и вновь отдалялись. Каждое скрещивание клинков происходило стремительнее предыдущего, ведущая рука уже гудела до плеча, ткань платья некстати облепляла ноги, а волосы плащом развевались от каждого резкого движения, но все это было неважно, пока звенела сталь и летели искры. Выносливость принца превосходила мою ровно на одну смертность, и мне следовало завершить наш танец до того, как даркут покажется моим рукам слишком тяжелым.

Еще одна слабость гнева — он не способен остановиться. Даже когда чувствует подвох. Даже когда видит уже занявшийся пожаром его воли лес. Слабости противника существуют для того, чтобы ими пользоваться и обращать против них. Так я и поступила.

Нарочнооткрывшись, будто оступившись, я ударила по клинку Этера навершием даркута, отбивая в сторону. Когда Его Высочество, взревев от переполняющей его злости, провел мечом снизу, желая отрубить мне обе ноги по самые колени, я запрыгнула на его клинок, останавливая движение собственным весом и вынуждая удерживать меня на нем, потому как разжать руки значило остаться безоружным.

Я помню, как удивленно расширились его глаза. Изумление на миг выместило клокочущую жажду моей смерти. Он еще только осознавал мою наглость и сумасшествие, а я уже чиркнула острием по его лбу, оставляя достаточно глубокий разрез, из которого незамедлительно хлынула кровь, заливаясь в приоткрывшийся от изумления рот и на густую бороду. Поставив стопу на плечо принца, я перепрыгнула через него, приземляясь на колено.

Этер не был новичком в обращении с даркутом. Собственная греховная суть не позволяла ему застывать надолго, клинок последовал за мной в повороте, целя в голову, я знала это, не оборачиваясь, сосредоточившись на собственном решающем ударе. Отклонившись вправо, я почувствовала мимолетное жжение у виска, самый кончик чужого даркута едва кольнул затылок, в то время как мои руки с силой вонзили меч под углом выше, пронзая тело противника насквозь.

Первыми на мраморный пол упали и раскатились мои гребни и цепочки — Этер разрубил конструкцию, старательно возводимую Таньей. Следом бряцнул даркут, выпавший из руки наследного принца. Я дернула «Сияние» обратно, медленно поднялась на ноги и лишь тогда позволила себе обернуться. Иронично, но, пока я вставала с колен, Этер, напротив, на них оседал. Острие моего даркута пронзило его живот и ушло вверх почти до самого солнечного сплетения.