Книга Услуга Дьяволу, страница 100 – Валерия Воронцова

— Идем, — я погладила тьмать по шее, кивком подзывая Севиана ближе и представляя ему Гекату.

— Сильная лошадка, справная, — оценил конюх, прежде чем раздать приказы подручным о поилке и кормежке.

— Она и правда тебя выбрала, — довольно признал Хирн, когда тьмать последовала за мной в теплую конюшню, беспокойно принюхиваясь и прядая ушами.

Мы прошли мимо всхрапнувшей Битвы, которой Геката тут же показала зубы, молчаливого Тюра, своей невозмутимостью напомнившего хозяина, поравнялись с заржавшим Ноденсом, получившим в ответ дым из ноздрей и, наконец, остановились напротивГадеса. Прежде чем Геката успела что-либо сделать, конь Карателя вытянул шею и грозно взревел.

Едва устояв на ногах, я ухватилась за гриву чуть отпрянувшей Гекаты. Шумно выдохнув, она прижала уши, Хирн потянул меня назад за плечо, и мой тьмать ринулась к стойлу Гадеса, сталкиваясь с ним лоб в лоб.

— Не мешай, — шепнул Хирн. — Двух вожаков в табуне не бывает.

От тьматей повалил дым, остальные заржали, конюшню заполонили странные звуки, кто-то дохнул огнем, щелкнули челюсти, короткое ржание… Когда дым рассеялся, Гадес спокойно жевал пучок сушеной тиррель-травы, а Геката стояла у своего стойла, выжидающе повернув голову ко мне. К счастью, никаких ран на ней я не заметила, разве что уязвленную лидерством Гадеса гордость в глазах, но это пройдет.

Понадобилось еще какое-то время, чтобы устроить лошадь как подобает, убедить не поджигать конюхов и заверить, что здешняя еда съедобна, а вода не отравлена. Пообещав прийти и угостить Гекату яблоком завтра, я, наконец, покинула конюшни.

— Перенести тебя в холл, или сразу в покои? — поинтересовался Хирн, следуя за мной.

Еще одна проверка. Неужели, воспитанница Карателя не сможет дойти до собственных комнат? Не хватит сил? Или воли?

«Слабость — это роскошь. Помощь — привилегия. Сталь в кузне не просит молот смягчить удар, а огонь поугаснуть. Вы, госпожа Хату, сталь на наковальне своего титула. Сталь, принадлежащая руке повелителя. Сталь, которой надлежит отразить любой удар», — однажды сказала мне наставница Варейн, когда в одиннадцать я всухую проиграла ей в коварстве светской беседы, позволив уязвить себя, и от собственной никчемности собиралась разреветься. После этих слов я сдержалась. Знатные госпожи не имеют права быть настолько глупыми, чтобы демонстрировать слабость на публике и дарить лишнюю возможность для удара.

— Спасибо, я дойду сама. С удовольствием прогуляюсь по ночному саду, — улыбнулась я Хирну. — Думаю, после сегодняшнего испытания мне не помешает немного побыть одной.

— Как будет угодно госпоже Хату, — чуть склонил голову Ищейка, прежде чем исчезнуть.

Разумеется, мой спектакль ничуть его не обманул, но, как хороший учитель и, что более ценно, друг, он подыграл, соблюдая все формальности.

Пройдя мимо стражи с Фатумом, я держалась до поворота вымощенной дорожки. Едва свернувна отрезок, не просматривающийся с постов у пастбищ, я опустилась на ближайшую лавку, разрешая себе ненадолго потеряться в темноте и тенях сада.

Болело все. Каждая мышца, сустав и связка. Руки и ноги не хотели подниматься, первые потрясывались, а вторые чувствовались как нечто чужое. Бедра ныли и горели, поясница и спина ощущались пронзенными десятком стрел мишенями, шея с трудом поворачивалась, внутренности будто все еще участвовали в скачке, а те участки кожи, что не натер костюм, щипало от ветра, воды и ледяного воздуха.