Книга День, которого не было, страница 2 – Ольга Рог, Иван Бестужев

«О! Абориген. Это хорошо. Можно выяснить, куда это меня зашвырнуло».

Феликс крался, прижав уши, не отрывая взгляда от всхлипывающей девчонки. Да, это была молодая женщина, которая допивала бутылку вина в одну харю и причитала вслух:

— Я так тебя люблю, Сережа! Как мне жить без тебя? — размазывала сопли по лицу рукавом ветровки.

— Не живи, то же мне, радость на свете, — Феликс присел рядом и заглянул вниз. — Шлепнешься отсюда и всмятку. Голова треснет, как арбуз, жизнь вытечет из глазниц. А дальше суд Божий и вечная каторга из песка строить город. С утра строишь, а вечером его опять сдувает и так циклично день за днем, год за годом, век…

— Кто здесь? — девчонка дернулась, как от удара током, и нервно, огляделась по сторонам.

Феликс даже забеспокоился, что она слетит раньше времени и не назовет город, ну или хотя бы страну.

— Здесь я, дура! Беленький и пушистенький котик, — указал лапкой в грудь. — А тебя как зовут, пропащая?

— М-марина, — икнула пьянчужка, вылупившись на него и раскрыв рот.

— Че за горе у тебя, Марина? — сделав «хоба» задней лапой, стал вылизываться, внутренне понимая, что вредные кошачьи повадки берут свое.

— Меня парень бросил, Сережа. А я его… его лю-ю-блу-у-у! — завыла,во всю варежку.

— За что любишь? — деловито спросил Кот, отвлекшись от важного дела, и облизнул розовым шершавым языком нос.

— Он такой красивый и… и… и

— Заело? Красивый, а дальше что? Подарки дарил, цветочки там всякие, ну что вы, бабы, любите? Стихи тебе читал, песни посвящал в лунную ночь? Подвиг совершил?

— Не-е-ет, — Марина призадумалась.

Сережа учился в институте с ней вместе и от девок отбоя не знал. К Марине приходил постольку — поскольку, чтобы она за него конспекты и проекты писала. Ради милости, иногда по-быстрому занимался с ней сексом. А вчера сказал, чтобы она, липучка, отвалила. При всех громко опозорил, назвав замухрышкой, и заржал, а с ним и другие издевательски смеялись. И Марине было так больно и так пугающе страшно, что он больше никогда не придет…

— У-у-у, как все запущено, — протянул Феликс и сплюнул кусок шерсти. — Напридумывают себе любовей разных, а потом сами из-за них с крыши сигают. Больше, чем чума убила ваша любовь. Не всегда она была плотская, когда хотел самец спариться с самкой, а ее замуж не отдают. Кто-то любил деньги, кто-то власть, а кто любил убивать просто так. Ну, сдохнешь ты, Марина и что? Земля ради тебя не остановится. Твой Сережа слезы не пустит. Забудут тебя, глупую. Если только… родители будут страдать. Есть мать, батя? — Феликс одним когтем подцепил край ветровки и потянул на себя.

— Мама есть, — всхлипнула девчонка.

— За что маме горе такое, Марин? Заслужила она тебя в закрытом гробу хоронить? — натянул сильнее, скалясь во все клыки.

— Нет, — замотала головой Маринка и заревела еще сильнее, чем прежде, закрыв лицо руками.

— То-то же! — Отцепился и посмотрел вдаль.

Какое-то время они сидели молча. Девушка только вздрагивала от внутренних спазмов после рыдания.

— И что мне теперь делать? — тихо спросила.

— Жить, — просто ответил Кот.

— А я одна тебя слышу? Ты кто на самом деле? — видимо трезветь начала, проснулось любопытство.

— Дух мщения, детка. Зовут Феликсом, — он прищурился и опалил бездонным взглядом синих глаз.