Книга День, которого не было, страница 1 – Ольга Рог, Иван Бестужев

— И приговаривается мятежный дух к столетнему заточению на Земле в теле животного, лишаясь всех своих сил! — громыхал глас с небес.

— Протестую, Ваше Совершенство! Да, за что? Что я такого сделал? — возмутился Феликс.

— Напомнить? — в млечном тумане что-то сверкнуло, и вздох прокатился усталый раскатом грома.

— Ну, подумаешь, они там все передрались из-за колодца, — фыркнул дух. — Че, сразу Феликс виноват?

— Ты соорудил источник с холодной водой и оазисом на границе двух государств в пустыне… Из-за чего началась кровопролитная война!

— Делай после этого добрые дела! Людишки — такие несовершенные, Ваше Великодушие. За что вы их только любите?

— Дети мои нуждаются в помощи. У них уязвимая смертная оболочка. Столько претерпевают из-за своей доверчивости и наивности…

— Угу, тупые! Я же говорю. Мозга вы им пожалели, Ваше Всемогущество…

— Феликс! — рыкнул Отец, и все задрожало, завибрировало гневом праведным.

Пространство воронкой свернулось под ногами мятежного трикстера и необъятный свет вокруг обернулся такой же бескрайней тьмой. Полет казался бесконечным, как и вселенная.

Посмотрев вниз, нарушитель спокойствия увидел, как к нему стремительно приближался огромный шар, до боли знакомой планетки. Кстати, о боли. Если скорость срочно не снизится, то он со всего размаху врежется в этот здоровенный булыжник. Хотя… может и пронесет. Большей частью он покрыт водой. Есть шанс, что…

— Ай, мама!

* * *

— Раз звездочка, два звездочка, три звездочка, — махнув лапой, Феликс разогнал хоровод, кружившийся над его головой, поднялся на все четыре ноги, но голова все еще кружилась от жесткого приземления и он снова сел на мохнатую попу. Стоп! Что⁈

— Мяу-у-у! — разлетелся по округе истошный, полный отчаяния вопль. — Какие лапы? Какая шерсть? А это, что еще такое?

Феликс уставился на нечто длинное, нервно виляющее из стороны в сторону.

— Кот! Я что, мать его, кот? — верещал белый и пушистый хвостатый, кружась волчком, осматривая себя. — Жесть! Просто жесть! Еще и причиндалы малехонькие! — загреб двумя лапами бубенчики, чуток оттянув, чтобы рассмотреть поближе, — Я в шоке, начальник! Никаких сверхсил, блохастая шкура, маленькое все… — полулежа на копчике, недовольно виляя хвостом между заднихшироко разведенных лап, голосил по-человечески. — Почему не лев? Не тигр? Не олень, в конце-то концов?

Сложив молитвенно лапы, трикстер встал на колени и вознес к небесам просительный взор. Точнее попытался. Коты не умеют стоять на коленях. Они умеют орать в марте, как оглашенные, путаться под ногами и вылизывать себя там, куда нормальный дух в жизни не дотянется.

«Спокойно, Феликс! Спокойно», — попытался взять себя в лапы изгнанник. — «И не из таких передряг выкручивались. Во всем можно найти положительные стороны».

— Да какие к Вселенской Матери, положительные стороны⁉ Я кот! — дух вредности снова ударился в уныние и отчаяние.

Правда, долго в таком состоянии пройдоха пребывать не умел. Натура брала свое.

«Где я вообще?» — стал осматриваться и обнаружил себя на крыше высокого людского жилища. Было, довольно промозгло, с залива дул влажный ветер. К тому же голуби эти безмозглые нагадили, как будто неделю терпели. А еще он был не один.

Заметив фигуру, сидевшую на самом краю и свесившую с крыши ноги, решил уточнить свое местоположение.