Книга Дом вверх дном, или поместье с сюрпризом, страница 79 – Анна Светлова

— А Буян? — я подняла взгляд. — Ты обещала вернуть его мне.

— Вернётся, — кивнула ведьма. — Духом и телом. Будет служить тебе, как служил мне. Но помни — свеча его останется у меня. Один неверный шаг, одно предательство — и погашу пламя.

Я склонила голову, пряча взгляд. Пусть думает, что смирилась, что приняла её чудовищные условия.

— Согласна, — прошептала я, еле слышно. — Помогу тебе с ритуалом.

Пелагея коснулась моего плеча, и от прикосновения её пробежал холодок по спине.

— Умница, — промурлыкала она, довольная моей покорностью. — Отдыхай. Три дня на подготовку, а потом — ритуал. Мне покамест отлучиться по делам надобно. Ты тут устраивайся. Через три дня вернусь и начнём!

Обратный путь к избе Пелагеи я помнила смутно. Ноги сами несли меня по извилистой тропе, а мысли метались в голове, подобно испуганным птицам в тесной клетке. Холодный ветер пронизывал до костей, но я едва замечала его укусы — внутри меня бушевал пожар страха и решимости. Лишь когда скрипучая дверь захлопнулась за спиной с глухим стуком, отрезая от зловещей чащи, я позволила себе перевести дух. Колени подкосились, и я прислонилась к стене, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Дарён, встревоженный, запрыгнул на лавку, его янтарные глаза светились тревогой в полумраке избы. Вранко бесшумно устроился под потолком, распушив перья, словно чёрная грозовая туча.

— Видели? — прошептала я, опускаясь на колени перед остывающей печью. Голос дрожал от пережитого. — Видели, что она сотворила? Боги древние, какое чудовищное колдовство...

— Видели, Любава, — отозвался Дарён. — Страшное колдовство. Не по-божески это — душу от тела отрывать.

Пальцы мои, всё ещё дрожащие от пережитого ужаса, нырнули в глубины кармана и извлекли камень. Слеза Алконоста, драгоценный дар Сада Иллюзий, словно осколок застывшей радуги, мерцал в моей ладони. В его глубине переливались все цвета закатного неба, завораживая и маня.

— Должен быть способ разрушить её чары, — пробормотала я, поднося камень к тусклому свету оконца. Надежда теплилась слабым огоньком в сердце, готовым вспыхнуть ярким пламенем. — И я знаю, что нам поможет... Что должно помочь.

Вранко, словно тень, бесшумно слетел с жерди и уселся рядом на столе. Его крылья, чёрные как безлунная ночь, сложились за спиной. Мудрые глаза, глубокие, как колодцы с древними тайнами, смотрели с тревогой.

— Опасное дело затеваешь, Любава, — проговорил он, склонив голову набок. — Пелагея веками копила свою мощь. Кровью и слезами питала колдовство. Простыми средствами её не одолеть. Многие пытались — кости их теперь белеют в Гиблом болоте.

— И не простыми, — ответила я, выпрямляясь и поднимая Слезу Алконоста выше. Решимость крепла во мне, как весенний паводок наполняет русло реки.

Камень вдруг вспыхнул изнутри, озаряя избу неземным светом, словно в нём зажглась звезда, украденная с ночного неба. Отблески плясали на закопчённых стенах, выхватывая из мрака знакомые предметы и превращая их в таинственныесилуэты.

— Я воспользуюсь силами древних. Теми, что старше её колдовства, — мой голос окреп, в нём зазвучала сталь. — Теми, что помнят времена, когда Пелагея ещё не родилась на свет.

Воздух в избе загустел, наполнился терпким запахом предвкушения, пьянящим, как брага, и дурманящим, как цветочный мёд с заповедных лугов. Моя собственная сила, доселе дремлющая в глубинах души, пробуждалась, откликаясь на зов древнего артефакта, подобно спящему зверю, почуявшему добычу. Я ощущала, как она струится по венам, покалывает кончики пальцев, заставляет волосы шевелиться, словно от невидимого ветра.