Книга Кричи, моя Шион, страница 227 – Екатерина Юдина

— Ты случайно не знаешь, что сейчас с Мораном? – спросила, смотря на свою ладонь.

— Я так и знал, что ты о нем спросишь, но, нет, мне ничего не известно. У меня забрали телефон. Я ни с кем не мог связаться.

Я еле заметно кивнула.

— Единственное, что я мог – это смотреть новости, — продолжил Ивон. – Там все еще бурно обсуждается отключение света, но ты, как причина не указана. Наши дорогие родственники тебя скрыли. Думаю, сейчас даже наша семья не знает о том, где мы. Только то, что приехали какие-то люди и похитили нас. Это им может рассказать Фиа, или Крейг. На этом все. Может ли Моран тебя найти? Не знаю. У него есть власть, но Аристократы это другая, закрытая сфера.

Может, Конор меня и не ищет. У него же скоро свадьба.

Я сильно поджала губы. Плевать. Все равно мы тут с Ивоном надолго не задержимся. Иначе просто к чертям сожгу этот чертов дом. Нам с Ивоном сейчас нужно заботиться о себе и о нашей семье.

— Но вопрос в том, почему тебя скрыли наши родственники, — голос брата вырвал меня из мыслей. – Я кое-что услышал. Как я понял, они прячут тебя от прессы, чтобы подчистить то, как в прошлом они поступили с нами.

— Хотят выглядеть хорошими? – я усмехнулась.

— Не только. Они хотят, чтобы ты признала их, как семью. А после этого будет эпичное представление тебя журналистам.

— Какой у них замечательный план, — произнесла с сарказмом.

Моран поднялся по ступенькам и посмотрел на входную дверь. Во дворе отсутствовало освещение и она практически сливалась со стеной. Лишь от блеклого света луны поблескивала ручка.

Именно на этом месте стояла Шион, когда впервые пришла к нему и произнесла это чертово «Добрый вечер». После чего предложила ему денег, отключила, облила грязной водой и сбежала.

Шион еще та катастрофа.

Но она катастрофа Конора.

Медленно закрывая глаза, Моран оскалился. Какого черта он тут делал? Зачем пришел к дому, в котором был заперт больше полугода?

Может, потому, что он сейчас испытывал примерно тот же ад, который разрывал и кроваво растерзывал на куски стоило Шион тогда сбежать? Нет, в те месяцы все было не настолько паршиво. Хоть и казалось, что хуже некуда.

Моран открыл дверь и вошел в холл. Тяжелые шаги эхом разнеслись по помещению, полностью скрытого темнотой, но все-таки альфа видел очертания мебели и стен. То животное, что было в нем, давало возможность хорошо ориентироваться в сожранном мраком пространстве, но, даже, если бы не это, Моран слишком привык к дому за то время, которое провел тут. Вечером и ночью без электричества. Он знал расположение всего, что тут находилось.

Доставая из кармана пачку с сигаретами и подкуривая одну, Конор подошел к дивану, стоящему в центре холла. Именно на нем он очнулся после того, как Шион подсыпала ему в еду снотворное и исчезла. Не на кухне. Об этом позаботилась полиция.

Моран никогда не забудет того, что было с ним, когда он очнулся. Снотворное было слишком сильным, разъедающим разум и альфа не сразу понял, что произошло. Когда же сознание хоть немного прояснилось и альфа понял, что Шион сбежала… Он много чего испытывал. Намного более мощного, чем когда-либо в жизни. В первую очередь гнев. Ту ярость, которую невозможно описать ни одними словами.

Он был готов крушить, разрушать. Именно это и делал. Холл и некоторые комнаты значительно опустели. Моран в щепки разбил кое-какую мебель, но ни на мгновение он не выпускал из головы нить мыслей о Шион. Только она и была в сознании Конора.