Книга Мама в подарок, страница 91 – Арина Теплова

— Так и быть. Но давай решим все быстро, я хочу лечь. У меня раскалывается голова, — капризно заявила Лаура.

— Как тебе удалось выжить? Ведь и лекарь и я сам видели твое бездыханное тело, — спросил раздраженно Филипп.

— Одна цыганка дала мне снадобье, которые на время усыпило меня, а потом оживило. Вот вы и подумали, что я мертва. На самом деле я просто спала.

Я чуть заглянула внутрь и отчетливо увидела Филиппа. Он стоял у секретера в напряженной позе, заложив руки за спину. Его лицо было напряжено и бледно, а не скулах ходили желваки. Разговор явно нервировал его.

— Цыганка? — поднял бровь Филипп. — Неужели ты думаешь я поверю, что эти нищиепопрошайки знают толк в подобных снадобьях? Это невозможно. Чтобы усыпить человека до такой степени, чтобы он потерял все признаки жизни, такие как дыхание и сердцебиение, нужна магия и исключительные знания, которые даны немногим.

— Ты можешь верить, Филипп, можешь не верить, но я отдала той цыганке целый мешочек с золотыми. За такое деньги можно и настоящего мертвеца воскресить. Не то что просто опустить в сон.

— Ладно, сделаю вид что поверил тебе, Лаура, — поморщился герцог. — Но скажи на милость, где все это время ты была?

— Майор д'Брильяк приютил меня в своем доме. Ты видел его. Сегодня он сопровождал меня на бал и так помог мне.

— С какой стати этому майору помогать тебе, Лаура?

— Он всегда испытывал ко мне некие нежные чувства. Потому и помог мне. Именно он раскопал мою могилу и достал меня, а потом укрыл в своем доме, дожидаясь, когда я проснусь. В тот трудный час я обратилась к нему, и он помог мне, так как любит меня.

— Что? Про какой трудный час ты говоришь? Что заставило тебя пойти на эту гнусную ложь со своей смертью? Зачем весь этот жуткий розыгрыш?

— Что заставило тебя пойти на эту гнусную ложь со своей смертью? Зачем весь этот жуткий розыгрыш? — недовольно спросил герцог.

— Твоя измена, — коротко ответила Лаура.

— Я не понимаю.

— О нет, Филипп, ты отлично понимаешь меня. Твои шашни с этой девкой Мадлен. Я прекрасно знала о них. Я не могла простить тебе это…

Я нахмурилась, начиная понимать мотивы поведения герцогини.

— Мои шашни? — тут же взъярился де Моранси. — Это было все раз, по пьяни, Лаура! И я клялся перед тобой, что никогда бы не прикоснулся к ней в трезвом уме, Лаура!

— Ты причинил мне такую душевную боль, что я не могла простить тебя и любить дальше.

— Только о душе не надо. Да и любви ко мне у тебя никогда не было. Скорее в тебе говорило уязвленное самолюбие, что я посмел посмотреть на другую женщину. Так? Ты оттого разозлилась? Считала, что я принадлежу только тебе? Я ведь знаю, что ты меня никогда не любила.

— Может и не любила, но твоя измена изменила все, Филипп! Я не могла больше видеть тебя и жить с тобой под одной крышей.

— Ясно. Потому ты устроила весь этот спектакль с мнимой смертью. А сама преспокойно жила весь этот год припеваючи, пока мы с Мишелем тебя оплакивали? Мальчик так страдал оттого что ты….

— С чего бы ему страдать? Он еще слишком мал, чтобы запомнить меня, — фыркнула Лаура.

Мне стало не по себе от ее слов. Разве любящая мать могла так говорить о своем маленьком сынишке, которого не видела почти год? Пренебрежительно и безразлично.

— И тем не менее он помнил и страдал.