Книга Мама в подарок, страница 7 – Арина Теплова

Мне вдруг стало жаль его. Такой большой сильный мужчина, а кашляет, как столетний старик.

Герцог наконец смог остановить приступ удушливого кашля, и я снова отметила кровавые пятна на его платке. Он чуть откинулся на спину сиденья, прикрыл глаза и начал глубоко дышать. Я поняла — пытался не дать начаться новому приступу.

Через минуту я пришла в себя, понимая, что зловещий герцог мне не угрожает.

— Да я же не против, мессир! — произнесла я, пытаясь успокоить. Он тут же вперился мрачным взглядом в мое лицо, и я сбивчиво продолжала: — Но вы же сказали, что я только похожа на вашу жену, а вдруг ваш сын не признает во мне свою матушку и испугается?

— Вряд ли. Он видел мать год назад. Тогда ему было почти три. И он помнит ее только по портрету в гостиной. На тот портрет ты похожа.

— А, ну хорошо. Тогда можно попробовать, — кивнула я, видя, что он чуть успокоился.

Герцог долго смотрел на меня, как-то изучающе и пронзительно. Словно хотел проникнуть в мои мысли или в самую душу. И этот ледяной взгляд вызвал у меня неприятный озноб по всему телу.

Что опять не так? Я же вроде согласилась.

— Мой сын — единственный, кто у меня остался, понимаешь, — вдруг тихо проникновенно объяснил де Моранси. — Он очень болен.

И я поразилась с какой трагично-интонацией он говорил о своем сыне. Я медленно кивнула, видя, что герцог уже совсемостыл в своем гневе.

— Он умирает. И я сделаю все, чтобы последние дни его жизни были счастливыми.

На это я промолчала. Теперь мне стало жаль и его сына. Такой маленький и уже при смерти.

Я тут же осекла себя. И какое мне дело до какого-то сына этого зловещего магистра? И вообще до того, что этот мужчина так болезненно кашляет? Но чувство сострадания к ним обоим отчего-то уже завладело моим существом.

С детства у меня было глупое жалостливое сердце. Я жалела всех. То бездомных котят, которые жили на улице, и я их подкармливала тайком от трактирщика. То старую служанку, которая всегда меня бранила, но, когда заболела чахоткой, я ухаживала за ней, потому что мне было жалко ее.

И вот сейчас мной овладело сострадание к этому неприятному герцогу с тростью. К этому молодому старику, во взгляде которого в этот миг я разглядела всю боль мира.

— Тогда я постараюсь, мессир, — просто ответила я. — Как смогу, так и изображу вашу жену.

— Так-то лучше, девчонка, — ответил он тихо.

— Но вы должны рассказать мне, какой она была. Ну, ее повадки, как она говорила, чтобы ваш сын точно поверил, что я его матушка.

Филипп де Моранси

Когда девушка спросила о Лауре, я даже растерялся. Нахмурился.

Вспоминать о покойной жене мне было неприятно. Если честно, я никогда не любил ее.

Женился на ней, выполняя волю короля. Лаура приходилась ему двоюродной племянницей. Но едва она увидела меня пять лет назад, сразу же влюбилась. Это я знал с ее слов.

Одному Богу известно, что нашла во мне Лаура. Я знал, что у меня несносный характер, суровый и властный. Наверно, жена все же впечатлилась моими внешними данными и военными наградами, полученными в последней военной кампании.

Тогда мне было двадцать семь. Я только вернулся из Восточных земель, с длительной кровопролитной войны. Знаменитый генерал с кучей регалий и военных подвигов, я стал объектом восхищения и зависти всего двора. Я был молод, красив, с богатырским телосложением, довольно богат. К тому же обладал магией. Все придворные дамы искали моего расположения, я слыл завидным женихом.