Книга Девочка для альфы, страница 21 – Алисия Небесная

Рефлекторно вцепилась в рубашку, не в силах удержать равновесие. Не потому что шаталась. Потому что в этот момент весь мой мир сосредоточился на нём.

Он поднял меня, мои ноги обвили его талию. Спина вжалась в стену. Его руки — подо мной, крепко. Движения — резкие, грубые. Он не торопился быть нежным. Он был настоящим.

— Горишь… — выдохнул в кожу под ухом. — Тело само знает, чья ты.

Его рука оказалась между моих ног. Пальцы уверенные. Не ищущие. Знающие. Я задохнулась, сдавленно вскрикнула, и этого было достаточно.

— Мокрая. Для меня. Только для меня.

Он не ждал согласия. Вошёл резко. Глубоко. Я вскрикнула снова, выгибаясь, цепляясь за него, как за якорь. Его хватка — крепкая, движения — яростные, будто он хотел вдавить своё имя в мою плоть.

Он смотрел в глаза. Без маски. Без страха. Только голое желание.

— Когда-нибудь ты мне родишь, — прохрипел. Не просил. Констатировал.

Я не могла сопротивляться. Не хотела. В этом слиянии было всё: и ярость, и нежность, и необходимость. Моя волчица скалилась — не от страха, от признания. Он — её. Мой вожак.

Он целовал жадно. Я теряла границы, сама вела его навстречу. Сжималась вокруг него, ловила каждую волну. Оргазм подкрался быстро, свалился лавиной.

Он сжал горло. Посмотрел в глаза.

— Скажи это.

— Я твоя, — прошептала я.

— Умница.

Последние толчки. Последний всплеск. Он рухнул вместе со мной, придерживая. Потом — взял на руки, унёс в спальню. Опустил на кровать. Сам стянул одежду.

— В душ, — шепнул.

Вода стекала по телу, как тепло. Аяз стоял рядом, намыливал ладони. Его прикосновениябыли другими. Не страстными. Заботливыми. Как будто он смывал с меня не только пот и пыль, но и остатки страха.

— Такая красивая… — шепнул. Прильнул ко мне. Его щёка к моей. Его дыхание.

Мы вернулись в постель. Его рука — на талии. Он не отпускал. Я уснула в этом тепле.

А потом — шум. Где-то внизу. Я вздрогнула. Аяз сел. Резко. Напрягся.

— Оставайся здесь. — Он накинул джинсы, вышел из комнаты.

Я застыла. Только глаза двигались. Вслушивалась. Где-то пронеслось рычание. Сильное. Резкое.

Сердце застучало в груди. Впервые за всё время я испугалась не за себя. За него.

Шум. Снизу. Нечёткий вначале — будто кто-то уронил что-то тяжёлое. Я открыла глаза. Постель холодна. Аяза рядом нет. Сердце сжалось.

Я прислушалась.

Ещё один глухой удар. Потом — низкое, едва различимое рычание. Сердце забилось чаще. Халат — первый, что попался под руку. Накинула, затянула пояс — и вышла в коридор босиком.

Дома было слишком тихо. Но не внизу.

Каждый шаг — как под прицелом. Я кралась по полу, прижимаясь к стене. Волчица внутри подняла голову, напряжённая. Спина покрылась мурашками — холод прокатился волной. Она чувствовала опасность раньше меня. Мысли путались, но тело двигалось само. Инстинкт. Тот, который уже не усыпить таблетками.

Я выглянула вниз. И застыла.

Четверо мужчин. Трое — оборотни. Один — человек, но из тех, кто, похоже, привык разрывать пастью не хуже зверя. У двери — двое держат Аяза, заломив руки за спину. Один из них — едва ли ниже его ростом. Остальные двое — ищут. Вынюхивают. Один проверяет кухню, другой — приближается к лестнице. Сюда. Ко мне.

— Быстрее, — бросил тот, кто держал левую руку Аяза. — Её запах свежий.

— Она здесь. — Глухо. Хищно.