Книга Дитя Палача, страница 23 – Анна Ланг

Благодаря Акту об отмене брака и доказанной жестокости моей супруги мне удалось без особых проволочек получить развод. Слуги засвидетельствовали жестокое обращение Мэриан с собственным сыном. Поэтому Ваше внимание к чужому, в сущности, ребёнку, Ваша забота так меня удивляют.

Должен признаться, Мелисса, ваше тепло пробивает брешь в моей душе, которая, как я думал, уже не способна ни на какие чувства. И… прячась за делами замка и деревень, я прячу собственное чувство вины — за поспешный брак, за собственное небрежение к моему ребенку, к созданию, которое появилось на свет благодаря мне. Вы метко указали мне на мои огрехи. А теперь, дорогая моя гостья, позвольте откланяться.

Сэмюэл отставил недопитый бокал портвейна и чеканным шагом вышел из столовой. Мелисса же попыталась сглотнуть ком, больно застрявший в горле. Она поняла, что начинает испытывать сочувствие и странную симпатию к властному поверженному Палачу, одинокому ребёнку и даже к его бывшей супруге. Мелисса также покинула столовую и отправилась в детскую, где малыш, светловолосый ангелочек, уже узнавший маркизу Грейсток, улыбнулся ей светлой улыбкой — так могут улыбаться только дети. От Мелиссы ускользнул недовольный взгляд няньки, она ласково ворковала с малышом. Вечером Сюзанна собиралась написать одно письмо.

Сэмюэл

Утром Сэмюэл, как обычно, отправился осматривать деревни Вайсеншлосса. Он поговорил с мэром близлежащего городка, узнал, как идёт торговля. Герцог пообещал не повышать пошлины — Сэмюэл считал, что доверие к людям важнее, чем погоня за сиюминутной прибылью. Сэм привычно осмотрел площадь, проверил сторожевой пост замка, с удовлетворением отметил, что стража бдит и находится на своём посту. Сэмюэл поморщился, вспоминая о ленивых спящих стражниках, которые встретили его в первый приезд.

Сэмюэл хмыкнул, вспомнив осла, меланхолично жующего сено во дворе замка, вспомнил он и как единственно приличными покоями оказались покои скандально известного епископа, а сам Вайсеншлосс неприятно поразил запустением и обветшалостью. Сэмюэлу понадобилось много времени и сил, чтобы привести и замок, и окрестные деревни в подобающий вид, чтобы обеспечить крестьян зерном даже в случае неурожая.

Сэм вновь усмехнулся, репутация Палача играла ему на руку. Хотя, как ни странно, люди здесь, на границе двух королевств, не боялись его, а относились с безмерным уважением. Как Сэм случайно услышал в какой-то таверне, даже радовались: “С нами Палач, теперь будет спокойно — ни разбойников не нужно будет бояться, ни голода”.

Против воли мысли Сэмюэла вновь вернулись к сероглазой девушке, которая тревожила его сердце. Мелисса была права, сколь ни болезненно было признавать ее правоту. Действительно, как только Мэриан отправилась в монастырь, а сам Сэмюэл отправился в ссылку — он обещал себе, что будет проводить с наследником больше времени. Потом его захватили дела полуразрушенного хозяйства, на место нежности и заботы пришли боль и разочарование.

Во всех своих потерях был виноват прежде всего сам Сэмюэл. Как верно заметила Мелисса, малышу нужна его забота.

Cэм узнал, девушка сговорилась с лекарем — тот приготовил маленькому Николасу Александру целебный мятный отвар и ромашковые шарики, унявшие зубные боли, отвар из сельдерея и сахара помог унять колики. Мелисса поменяла меню малышу и нашла общий язык с кухаркой, с дворецким и горничными, девушки полюбили все, правда, нянька наследника почему-то недолюбливала юную маркизу. Сэмюэл подумал, что именно на такой девушке, как Мелисса, ему бы следовало когда-то жениться, искренняя, смелая, хозяйственная,всей душой любящая детей. Она стала бы ему опорой, ему хотелось бы возвращаться домой, так, как почему-то хочется сейчас. Сейчас Мелисса скорбит по потерянному возлюбленному, а у самого Сэма до сих пор болит гордость.