Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 76 – Александра Воронцова

А вот получить еще раз такой карт-бланш может и не выйти.

Раз Бладсворд готов отвечать на вопросы, надо его дожать.

— И что же делает этот ритуал, ради которого мне пришлось бы поступиться честью?

— Второй, — продолжил отсчет владетель, поцеловав подушечку моего безымянного пальца. — Он возрождает защиту земель, отсрочивая проклятье.

— Силы небесные, вы верите в древние ритуалы с кровью девственницы? — обомлела я.

И вспомнила, что рассказывала Торни о словах своей родственницы. «Переставали быть девицами».

Дикость какая. Почти уверена, что это все суеверия, которыми пользовались, чтобы прикрыть обычный разврат. В конце концов, если бы это было правдой, не обязательно заниматься непристойностями. Можно же и палец уколоть. Это тоже кровь девственницы.

— Я верю в древние ритуалы и тебе не советую относиться к ним легкомысленно, Энни, — неожиданно серьезно ответил Бладсворд. — Тем более, что в их силе ты уже убедилась.

Проклятье! То есть с моим обрядом, а именно на него намекал владетель, все обстояло серьезно? Надо срочно найти информацию о том, какие у него последствия, и чем они мне грозят.

Кажется, Бладсворд знал это, и я почти набралась духу спросить, но он поторопил меня:

— Осталось два вопроса, и очень мало времени.

— Как два? — возмутилась я. — Мы же договаривались о пяти, а я…

— А ты задала три, — безжалостно посчитал владетель, приплюсовав к двум первым еще и мой вопрос о его вере в древние ритуалы, и поцеловал еще один палец.

Вот не зря отец говорил, что вести торговые дела с жителями местных земель очень сложно, норовят обсчитать на голубом глазу.

— Но это нечестно!

— Больше вопросов не будет? Целую? — усмехнулся Бладсворд.

— Будут, — надувшись перебирала я в голове, что выбрать из оставшегося. Допустим, про «Соколиную башню» можно попробовать выведать у леди Синтии во время прогулки. Может, даже она расскажет мне про обряд, который совершила.

Среди прочих был вопрос, который на первый взгляд никак не соотносился со мной, я но я всеми фибрами души чувствовала, что именно в ответе на него кроется разгадка почти всего:

— Что остановило поход Игана Лютого на наши земли? — облизнув губы, выпалила я.

Повисла пауза. Владетель прищурился.

— Маленькая Энни, это четвертый, — Я смогу ответить на этот вопрос, только если ты примешь условия сделки. Ты согласна?

Проклятый и все его слуги!

— Пока склоняюсь к тому, чтобы отказаться, — чуть приукрасила я.

— Не торопись. Подумай, — медово произнес Бладсворд и коснулся губами костяшки моего указательного пальца. — У тебя остался пятый.

— Я его, пожалуй, приберегу, — мне нужно было собраться с мыслями.

— Думать долго не получится. Время у тебя есть до праздничного ужина, после тебе придется дать ответ.

— Я подумаю, — сказала я, твердо уверенная, что откажусь, только придумаю, какой еще вопрос задать.

Но едва я договорила, как твердые губы накрыли мои, заставляя сердце застучать пойманной в силки птичкой. И снова, как тогда на поляне, на меня накатила сладкая истома. Но уже не искусственная, порабощающая волю,будто пробуждающая во мне неизведанную жажду. От отметины на плече разливалось тепло, оно омывал все тело, скапливаясь тяжестью внизу живота.

Я лишь отдельными гранями сознания чувствовала, как Бладсворд подмял меня под себя, и вес его я восприняла с восторгом. Забывшись, я подставляла поцелуям шею, ключицы, ложбинку груди…