Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 4 – Ольга Токарева

— Говори!

Зурбай села на мягкий ковер напротив главнокомандующего, взяла руки мужчины в свои и посмотрела на него с улыбкой в глазах.

— Расскажу то, что поведала мне моя бабушка. Есть много способов заставить мужчину полюбить. Мужчина любит глазами, но не всегда женская красота привлекает его взор. Часто бывает, что в некрасивую девушку влюбляется самый красивый и отважный муж, бывает и наоборот. Порой мы неподвластны нашему сердцу и душе. Но можно затуманить разум, и тогда глаза увидят красоту там, где ее нет, и сердце забьется чаще. Я говорю о дурманящих напитках, но бывает — и они не действуют. Узнай имя странника, а все остальное я сделаю сама.

Ведьмочка выпустила из своих пальцев горячие шершавые ладони главнокомандующего и встала, продолжая улыбаться.

Ханай, забившись в подушки на своем ложе, тихо плакала. И кто знает, по какой из причин ее плечи сотрясались в рыданиях. Может, оттого что осталась жива, а может, оттого что горит в жилах ивенах огонь нерастраченной любви?

— Не плачь. — Аслан бросил хмурый взгляд на девушку, поправил широкий пояс на своей талии и молча вышел из шатра.

Зурбай бросилась к Ханай, погладила своими тонкими пальчиками спину подруги, шепча:

— Не плачь. Предлагала ведь тебе отворотного зелья сварить, а ты отказываешься. Не понимаю, зачем так страдать? Зачем разум напрасными надеждами терзать? Выпил зелье — и сердце свободным стало.

Ханай отняла подушку от своего лица и с грустью посмотрела на подругу.

— Молодая ты еще и глупая… Без любви пусто.

— Ну знаешь! Я ей как лучше, а она — пусто. Да лучше пусть будет пусто, чем так, как ты, страдать! — выкрикнула гневно маленькая ведьмочка и выбежала из шатра.

Предсказательница, тяжко вздохнув, встала. Воспоминания подбросили сверкающие огнем черные глаза любимого.

«А как близко были его матовые горячие губы! И пусть они изменили цвет от злобы, но чаще они манят своей багряной красотой захода дневного светила. И пусть я была недалеко от смерти, но как предрекла шаманка: „Он обратит на тебя взор лишь после того, как его рука коснется твоего тела“. А ради этого можно стерпеть многое. Зурбай еще девочка и не понимает, чего говорит. Лишь когда ее сердце потеряет покой, вот тогда ни одно зелье не поможет».

Поднеся к губам кувшин, Ханай сделала из него пару глотков молока кобылицы и, вытерев губы, задумчиво улыбнулась.

* * *

Аслан вытянул вперед руку — острые когти красавца балабана в нетерпении сжали перчатку. Сняв клобучок с головы птицы, главнокомандующий отпустил ее на волю. Любил Аслан охотиться. Единственное развлечение, которое он мог себе позволить. Вот и отправился сам насладиться степью и вольным ветром. Стегнув плеткой коня, пустился рысью по родным степным просторам вслед за соколом. Балабан поохотился удачно: пара куропаток и заяц были пойманы им и сейчас болтались привязанные к седлу.

Стадо сайгаков, отдыхающее в невысокой заросли травы, заслышав стук лошадиных копыт, вскочило в испуге и понеслось по степи. Острый наконечник одной из стрел, выпущенной Асланом, вонзился в бок отставшей от стада антилопы. Пробежав немного, сайгак упал и, подергавшись в агонии, затих. Спрыгнув с коня, Аслан связал ноги убитого животного и привязал его к седлу. Охоту можно было заканчивать: есть чем угощатьпутников.