Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 2 – Ольга Токарева

Очнувшись от своих нелегких дум, Джунгар вскинул голову и, увидев шаманку, брезгливо сморщился.

— Ты еще тут?

Взяв с подноса золотой духаб, он бросил его к ногам старухи. Шаманка ловко сгребла золотую монету скрюченными пальцами и попятилась к выходу, бормоча:

— Да продлит Священная Саламандра дни правления нашего Великого хана, да будут благосклонны небеса к его планам.

Широкие черные брови повелителя сошлись вместе. На душе было неспокойно, а своему чутью Джунгар привык доверять. Взмахом руки он подозвал к себе слугу.

— Ступай, скажи Аслану, что я требую его к себе.

Легкое покачивание полога шатра дало понять хану, что слуга исчез. «Скользкий, словно змея, хитрый, как лис. Жаль только, силы в его теле маловато. Но зато лучше него никто не знает, что в моих владениях творится. Везде пролезет, где надо подслушает, выведает и донесет до моих ушей».

Полог шатра вновь откинулся. По расстеленным на земле шкурам ступал твердой поступью главнокомандующий. Склонив голову, Аслан замер, дожидаясь приказа повелителя.

Твердая и сильная рука Джунгара взметнулась к своей черной, как степнаяночь, поросли на подбородке. Пальцы, увенчанные золотыми кольцами, стали перебирать жесткий вьющийся волос.

Волосы под шапкой из снежного барса на голове Аслана сразу взмокли, едва он увидел, как хан начал поглаживать свою длинную бороду. Такой жест говорил об очень сильном волнении повелителя и о том, что он обдумывал какой-то план, а планы у него могли быть разными…

Хан наблюдал, как из-под шапки на лоб Аслана скатилась капелька пота, скользнула по виску, утонула в черной щетине на лице.

«Страх — это хорошо… Своего повелителя народ должен бояться, а главнокомандующий так и просто обязан, чтобы никакие дурные мысли в голову не лезли. Молод еще, кровь горячая… И влюблен в Бахиру, к ее ногам готов мир положить. Все ради нее сделает. Вот и пускай, хоть на четвереньках по степи ползает, но выяснит, что за муж, и что от него можно ожидать. Да пусть всю эту братию предсказателей и шаманов соберет, да встряхнет их как следует. Нужно знать, чем для нас может обернуться эта встреча. Предсказание одной шаманки — хорошо, но, когда их много, еще лучше».

Джунгар отвлекся от своих мыслей.

— Сегодня ко мне в шатер вошла старуха Гурьяс…

Аслан вскинул голову. Страх в его черных глазах сменился заинтересованностью.

— Так вот, шаманке было видение, как возвеличить наш народ. Скоро на наши земли ступят ноги сильнейшего мужа, и наша несравненная Бахира должна зачать от него дитя.

Джунгар наблюдал, как отреагирует на такую новость влюбленный мужчина. В душе хана расползалось тепло: ни один мускул не дернулся на отважном лице его главнокомандующего.

«Хороший и отважный воин. Жизнь отдаст за мою дочь. Нужно подбодрить степняка. Лесть еще никому не навредила».

— Вижу в твоих глазах решительность… Ты все правильно понял и все сделаешь ради нашего народа, за это я и дорожу тобой. Когда мой внук вырастет, ты будешь его правой рукой и щитом.

Аслан упал на колени и склонил голову к ногам повелителя степей.

— Встань, Аслан, у тебя впереди много дел. Смотри не подведи меня и свой народ. А теперь ступай. Мне еще нужно уговорить дочь уехать из дворца, а это дело, пожалуй, самое трудное.

После ухода главнокомандующего хан велел собирать шатры и отправляться во дворец. Что поделать, не любил Джунгар каменные стены. Давили они на его своей холодной сыростью,задыхался он в них. То ли дело бескрайние просторы степи. Вскочил на коня и несешься на нем, словно вольный ветер. Душа распахивается от восторга, красоты и свободы. Магия воздуха бушует в теле хоть и малыми крохами, но вот тянет его на широкие просторы степи. А дочь — маг земли, унаследовала дар от матери, но степи не жалует, любит комфорт и удобства.