Книга Проделки Новогоднего духа, страница 132 – Ольга Токарева

— Мужчина, вам сюда нельзя! — донесся до меня голос дежурной санитарки, везущей меня на каталке. В нем звучала едва уловимая искорка смеха. Прежде чем двери сомкнулись, я успела поймать встревоженный серый взгляд конюха и прошептала одними губами: «Спасибо…»

* * *

Когда Ольга растворилась в коридоре больницы, Угрюмый некоторое время стоял как каменный истукан. Он отказывался верить в происходящее, а перед внутренним взором стояли глаза Ольги, любимой Ольги, полные мольбы о спасении.

— Слышь… Ром… Я чего-то не понял… Это вроде та самая Ольга из Краснодара, с которой мы решили подшутить, — раздался за спиной голос друга, разрушая хрупкую тишину.

— Она самая.

— Во дела. Так и жила в этой глуши… А я одиннадцать лет назад знатно с ее подругой покувыркался, — хмыкнул Глеб, но тут же запнулся, наткнувшись на испепеляющий взгляд Романа. Усмешка мгновенно слетела с его лица. — Да ладно тебе, дела минувших лет. Так кто отец ребенка?— не унимался он.

— Я… И закончим на этом.

Их разговор оборвала возникшая в дверях врач, словно ангел-хранитель, несущий благую весть.

— Угрозу потери ребенка мы миновали. Ольга просила передать, чтобы вы привезли ей документы, вещи, сменное белье, халат и тапочки.

— Спасибо, — прошептал Роман, словно сбрасывая с себя оковы отчаяния. — Поместите ее в отдельную палату. Вещи привезу незамедлительно, — отчеканил он, чувствуя, как рухнувшая на него лавина страха отступает, оставляя место робкой надежде.

— Может, я за шмотками мигом слетаю? — предложил Глеб, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Сам, — буркнул Роман, словно выплевывая слова, и медленно разжал сведенные судорогой пальцы. Он и не заметил, как вцепился в них, будто тонущий в последнюю соломинку.

— Не-е-ет, — протянул Глеб, покачав головой. — Ты в таком виде за баранку? Ни за что. Сейчас такси вызову, а там по дороге решим, что к чему.

— Ладно, — рассеянно отозвался Кузнецов, словно мыслями блуждая где-то далеко. — Только сперва в школу, Аленку забрать. Она у Ольги все лето проторчала…

Всю дорогу до деревни Роман был погружен в омут воспоминаний. Он рос единственным ребенком в семье, где достаток был привычным делом. Отец, крепкий хозяйственник, владел небольшим, но прибыльным делом — разводил породистый скот. Мать же, элегантная и предприимчивая, управляла сетью салонов красоты, создавая вокруг себя ауру изысканности. Учеба давалась Роману легко, словно сама судьба благоволила ему. После школы, не раздумывая, он поступил в институт, выбрав перспективную специальность финансиста. Там и произошла судьбоносная встреча с Глебом.

Они были словно две противоположности, сошедшиеся в одной точке. Роман — тихий омут, в котором зрели расчетливо взвешенные решения и продуманные планы на будущее. Глеб же — неудержимый вихрь, душа любой компании, вечный балагур, чья жизнь была чередой забавных и не очень передряг. После первой же зимней сессии Глеб, махнув рукой на скучную экономику, покинул институт, решив, что высшее образование — не для него. Так и не получив диплома, он с легкостью сдал на права и устроился таксистом. А спустя несколько лет Роман переманил его к себе, предложив должность личного водителя. И, учитывая, что Глеб обладал вторым даном по карате, он стал еще и телохранителемпо совместительству, этаким ангелом-хранителем с кулаками.