Книга С чистого листа. Ведьма общей практики, страница 68 – Елена Филимонова

— Тишина! — рявкнул констебль.

Толпа притихла, но не замолчала. Пьяница и кухарка продолжили спорить.

— А вы что думаете? — я посмотрела на Хотафа.

— Пока ничего, — лекарь цокнул языком. — Но вампиры тут не при чем, да и не водятся они здесь они уже лет, эдак, двести.

После всего, что я знала о новом мире, существование упырей показалось вполне естественным.

— Надо отнести ее лазарет. — Хотаф поднялся, отряхнул штаны от прилипшей соломы. — Подгоните телегу, — он махнул кому-то в толпе. — Да мешковину подготовьте: надобно тело прикрыть.

Констебли раздвинули толпу, чтобы дать дорогу двум мужчинам. Они же и подвезли четырехколесную телегу, а после уложили в нее девушку.

Чуть поодаль раздались крики и топот приближающихся шагов.

— Пустите! Пустите! Там моя дочь!

Кричала женщина. Через несколько секунд она растолкала собравшихся, ловко увернулась от рук констебля и оказалась возле телеги. Замерла на мгновение, побледнела, иупала на грудь покойной.

— Матильда!.. — женщина, рыдая, принялась трясти ее за плечо. — Девочка моя! Проснись! Проснись! — выла она. — Где лекарь?! — она подняла голову, затравленно огляделась и увидела Хотафа. — Помогите ей!

Я отвернулась. Стоило всего на миг представить на месте Матильды мою Арину, как скрутило живот. Пережить собственного ребенка — самый страшный кошмар родителя.

Женщина выла, цеплялась за руки Хотафа, снова бросилась к дочери, принялась гладить ее по волосам и бормотать что-то неразборчивое.

Лекарь мягко взял меня под руку и отвел в сторону.

— Поедешь со мной в лазарет?

Я кивнула.

— Конечно.

* * *

Так же, как в прошлый раз, внешний осмотр ничего не дал, а большего узнать не получилось — родители девушки отказались дать разрешение на вскрытие.

— Ей будет больно, — стиснув зубы, прошипела мать.

Она сидела возле тела Матильды, перебирала дрожащими пальцами ее волосы и, раскачиваясь, отрешенно шептала:

— Я с тобой, милая… Мамочка с тобой…

Хотаф вывел меня из подвала.

— Идем. Оставим их ненадолго, а после я дам ей успокаивающих капель.

Я вздохнула.

— Мне бы они сейчас тоже не помешали.

Лекарь грустно улыбнулся.

— Для тебя, Лина у меня есть травяной чай.

Он привел меня к себе в кабинет, открыл верхнюю дверцу деревянного шкафа и снял с полки банку из темного стекла.

— Есть догадки, что там в составе?

Я понимала — это не проверка — так он пытался встряхнуть меня, отвлечь от тяжелых мыслей.

— Думаю, корень валерианы. Еще пустырник, наверное, — перечисляла на автомате. — Может, чабрец.

— А ты еще сомневалась, не рано ли я тебе рекомендацию дал, — Хотаф ободряюще похлопал меня по плечу. — Видишь, как в травах разбираешься. Правда, два компонента забыла. — И пояснил. — Донник с душицей.

— Второй случай за месяц… — проговорила я, глядя в стену.

— И не факт, что он связан с первым. — Хотаф развел огонь в маленькой печке и поставил чайник на конфорку.

Я мрачно усмехнулась.

— Сами-то верите?

— Я верю фактам, — Хотаф со вздохом опустился за стол. — Коих у нас почти нет.

— Раньше такое случалось?

— На моей памяти нет. Были, конечно, смерти среди молодежи, но либо от несчастья, либо от хвори какой. Но чтобы вот так… ни с того, ни с сего…

— У вас есть больничная картаМатильды?

— Есть, — кивнул Хотаф, — только ты там ничего не найдешь. Ее мать ко мне всего раз обращалась, когда девчонке одиннадцатый годок шел. Ошпарилась кипятком в бане.