Книга Фунт изюма для дракона, страница 37 – Лесана Мун

Я же весь вечер посвящаю спискам. Что купить, сколько и как сделать, что написать на листовках. Спать ложусь далеко за полночь и последнее, что помню перед тем, как засыпаю, скрещённые руки генерала и его спутницы.

Утро меня встречает громким цоканьем ложки по блюдцу.

— Пора вставать! Пора вставать! — орет Алик, полный энтузиазма.

— Слушай,ну что ты опять у меня кричишь? — спрашиваю у него. — Иди к Наташе, там постучи.

— Ты главная, поэтому я бужу тебя, — отвечает настырный пончик, но все же бежит и в спальню внучки.

Через несколько секунд оттуда доносится вопль, и Алик вылетает в коридор, а ему во след — подушка. Посмеиваясь, привожу себя в порядок, надеваю красивое, бархатное синее платье, очень идущее к моей рыжей голове, на которой кокетливо сидит кружевной чепец.

Захожу к Наташе, помогаю и ей надеть платье такого же оттенка, но атласное. Вырезы у обоих — сверх нужного, но мы вышли из положения, прикрыв их белыми фартучками. Вся одежда досталась нам от предыдущих владельцев магазина, что меня несказанно радует, потому что снимает с нашего кошелька дополнительную и очень весомую статью расходов.

— Ну что, готова? — спрашиваю у внучки.

— Всегда готова, — отвечает позабытым лозунгом, и мы спускаемся вниз.

Поскольку с тестом работаю только я, то Наташа больше занимается организаторскими вопросами и помогает по мелочам. То поправить скатерти на столиках, то вытащить первые пирожки из печи, разложив их красиво на большие, похожие на хрустальные блюда.

— Накрой сверху полотенечком, — говорю, не глядя, занятая очередной порцией теста.

— Зачем? — спрашивает Наташа, явно считая, что я сказала ерунду.

— Чтобы сдоба отлежалась, и чтобы мухи не садились. Оно хоть и осень уже, а на тепло быстро прилетят. Сомневаюсь, что покупателям понравится брать пирожки, по которым ползают насекомые.

— Ну так, у нас же пирожки с мясом, — очень удачно шутит внучка.

— Ха-ха! — отвечаю ей. Потом выпрямляюсь и внимательно осматриваю ассортимент. — Алик?! Который час?

— Восемь. Ровно, — раздается откуда-то сверху.

Подняв голову, вижу пончика, сидящего на шкафу и болтающего ножками. На физиономии что-то вроде удовлетворения.

— Открываемся, — выдыхаю. — Ни Пуха нам, ни Пятачка.

— К черту! — посылает со знанием дела внучка, и мы синхронно открываем двери магазина.

И стоим какое-то время, потом я говорю Наташе:

— Так, давай, резво разноси наши листовки. Обрати внимание, будут ли их читать, оставят ли себе, или выбросят.

Внучка, лихо козырнув, выбегает на улицу. Тут же слышу ее звонкий голос, приглашающий в наш магазин. Сама же, не теряя времени, раскладываю по несколько экземпляровнашей продукции и, приняв эффектную позу, жду первых покупателей.

Жду. Жду. Жду. А их все нет. Потом наконец-то заходит пожилая парочка.

— Подходите ко мне, я все покажу, расскажу, — окликаю их, видя, что они замешкались на входе.

Парочка подходит, я бодро и с улыбкой рассказываю, что у меня есть. Они кивают с умным видом, а когда я спрашиваю:

— Ну как? Определились с выбором? Чего желаете?

Отвечают:

— Да мы вообще-то зашли просто посмотреть. Интересно же. Дом был так долго закрыт. Вы молодцы, прибрали тут все.

Ну и дальше в том же духе. Пожилая парочка застревает еще на полчаса болтая и выспрашиваю всякую ерунду и явно не собираясь ничего покупать, поэтому я выдыхаю с облегчением, когда в магазин заходят новые лица. Три молоденькие девочки.