Книга Надеюсь, увидимся еще не скоро, страница 75 – Габриэль Коста

– Нет.

– А если я покажу тебе красивых парней по телевизору? Их там очень много. Пока всех разглядишь, я, может, и очнусь. – Он провел рукой по лицу. – Как вы их там называете? Айдолы? Надо умыться.

– Ты сам как айдол, – беззаботно бросила Минджу, но, лишь когда Джихван вопросительно вздернул бровь, сообразила, что именно сказала. – В смысле… Ой, умывайся, чисти зубы и приводи себя в порядок. – Покрасневшая, она вышла из ванной, договаривая: – Пойду тоже соберусь.

Джихван же действительно ощущал, что ему становится лучше. В голове появлялись какие-то ясные мысли, руки и ноги обретали силу и уже не были похожи на разваренную лапшу. У него даже появился аппетит и желание прибраться на кухне. Он повернулся к раковине и, взяв пасту со щеткой, начал чистить зубы, раздумывая.

Начальство поступило с ним жестоко. Такую квартиру Джихван ни за что не оплатит, если снова станет человеком. Стоило попросить у них, помимо сердца, ключи от собственной квартиры и профессию, а то Джихван только и умеет, что пасти скот и выращивать рис. Он сбрил три волоса на подбородке, умылся и со стоном пошел на кухню, где случился армагеддон. Никакие высшие силы не спасли бы его от гнева домовладелицы, если бы она сюда попала, а сам он упал бы перед ней на колени, ожидая правосудия. Джихван стонал, ругался и сокрушался, потому что убирать беспорядок после вечеринки и на десятую часть не так весело, как его устраивать.

– Ну вот, теперь ты почти приблизился к живым корейцам, – раздался мягкий голос Минджу за спиной.

– Вообще-то я не меньше кореец, чем… – Джихван не договорил, ощущая, как сердце внутри него замерло. Он и слова сказать боялся, стоило ему развернуться.

Эта девушка не могла одеваться «по-простому». Джихван усмехнулся своей же глупости. Она же настоящая императрица, почему ей нужно косить под бездомную. В любом стиле, начиная от традиционных корейских нарядов до американской моды, – все смотрелось на ней великолепно. Обычные зауженные джинсы синего цвета с потертостями, белая майка с открытыми плечами; ремень; собранный на голове на скорую руку пучок с любимыми пинё в виде самурайских мечей. А он стоял перед ней в красных потасканных шортах, майке и с растрепанными волосами. Джихван покраснел от смущения и ее неприкрытой красоты. Он и забыл, что ему всего двадцать пять. А в этом возрасте цвета красочней, песни душевней и слова искренней, глаз острее, а губы слаще. Он сглотнул, не понимая, они шли покупать телефон или собрались на модный показ. Жнец прокашлялся, чтобы унять возбуждение.

– Гуляли вместе, а убираю я. Как ты сюда попала? Разве дверь не закрыта? – Поинтересовался, он, возвращаясь в комнату, чтобы одеться. Рядом с ней он почувствовал аромат ванили. – Жди, я сейчас.

– Я пароль твой запомнила.

– Тоже мне, детектив, – прошипел Джихван, закрываясь в своей комнате.

Он снял с себя все, кроме белья, и опустил глаза вниз.

– А ты не позорь меня. – Чтобы не сильно отставать от Минджу, он натянул черные джинсы, белую футболку и уложил волосы. – Почему все такие вокруг красивые? – Он посмотрел в зеркало и фыркнул.

– А у тебя все джинсы куплены в детском отделе? – Минджу улыбнулась, стоя у стены. Она помогла ему закончить уборку, пока он собирался.

– А тебе идет все – и детское, и пенсионное. – Джихван знал, что лучшего оружия, чем наглые комплименты, нет. Он еле удержал шутку про отсутствие одежды. Так или иначе, его слова возымели эффект, и щеки Минджу покраснели. – Прекрасно, давай пойдем купим сначала кофе, потом телефон. Посмотрим, почему все люди так повернулись на этих маленьких коробочках.