Книга Надеюсь, увидимся еще не скоро, страница 142 – Габриэль Коста

– Джихван?

Этот голос он узнает и среди миллиона голосов душ и людей – это голос его прекрасной Минджу. Он развернулся к ней, и вместе с этим небо прорвало – тысячи лепестков орхидей и хризантем посыпались с неба. Она вышла к нему в обличье старушки, которую долгие годы жизни заставили согнуться и будто уменьшиться. И все равно она оставалась той самой Минджу, с которой он познакомился при не самых удачных обстоятельствах. Молодея, она делала шаг за шагом и будто сбрасывала с себя оковы лет, что разделили их. Джихван оставался с ней, не покидая ее даже тогда, когда она вышла замуж и родила первых детей, даже когда она вышла замуж во второй раз. Влюбленность и страсть, охватившие его за их ничтожно короткий месяц, вместе превратилась в настоящую любовь. Это жнец понял уже спустя пару десятков лет. И они не жалели об этом. Он точно не жалел. И стоило Минджу приблизиться к нему на расстояние пары шагов, она выглядела точно так же, как и в день, когда он оставил ее на кладбище с охапкой желтых цветов. Он усмехнулся. Впрочем, для них мало что изменилось.

– Джихван… Я… я вспомнила. – Она обернулась на дом, где лежало ее тело. – До самого момента смерти я не помнила о тебе, и вот… Вот я снова здесь, и будто не было между нами пропасти в…

– Таковы законы жизни и смерти, Мин-Мин. – Он на мгновение прикрыл глаза, чтобы совладать с эмоциями. – И впервые за столько лет я рад, что следую им. Как видишь, мне разрешили перевести тебя на ту сторону.

– Ты же знаешь… Я трижды была замужем. – Она усмехнулась. – От этих придурков я родила пятерых детей! Ох, хорошо, что после второго брака я стала одной из тех женщин, которые пьют вино и вспоминают мужей недобрым словом. – Она прищурилась. – Надеюсь, это не твоих рук дело?

– Ну, в кровати к другим женщинам я их не толкал. – Он скривился. – Это похоже на анекдот, если честно. Ты два раза разводилась из-за измены. Давай будем думать, что ты просто ждала встречи со мной?

– Это кажется смешным сейчас, но не в момент суда по делу о разводе. – Она с легким осуждением посмотрела на Джихвана и тут же смягчилась. – Не может, а так и есть, Джихван, – как-то печально сказала она. – Всю свою жизнь я видела тебя, слышала тебя в… дежавю и снах. Кто же знал, что для обретения счастья нужно умереть.

– Благо, ты не знала, Мин-Мин. – Он подошел к ней вплотную, убрал прядь волос за ухо и понял, что скучал, скучал так сильно по этой привычке. – Ты прожила хорошую, долгую жизнь, Минджу. Много детей, много других спасенных жизней, почет и уважение коллег. Ты прожила так, как я завещал. Но жизнь, как и смерть, делится на этапы. И твое время вышло. А вот сейчас… – он обнял ее, – наше время пришло.

– Джихван.

Ветер не щадил их уже не бьющиеся сердца. Лепестки кружились в тайфуне вокруг них, а начинающийся ритуал добавлял самой настоящей магии их последним минутам. Многие человеческие эмоции отошли на задний план, осталась лишь их взаимная любовь. Он обнял ее и прижал к себе так, как мечтал. С удивлением Джихван осознал – он не помнил, где родился, как погиб первый раз, и события в работе жнеца расплывались, как тушь на портрете неопытного художника. Бесконечное число раз он пересказывал душам процесс перехода и ни разу не представлял, каково это на самом деле. Все смазалось окончательно, а мысли наполнила лишь улыбка и искрящиеся глаза Минджу. Он отстранился от и посмотрел на нее. В ушах заколотилось сердце, и это последний признак того, что Джихван с этой секунды не жнец; он – душа, которой пора уйти.

– Вот и все, Мин-Мин. – Он поймал лепестки хризантемы и орхидеи, летающие вокруг. – Это лепестки не от твоей похоронной церемонии, они мои. Как и тогда… Пришло время, и ритуал уже не остановить, а вот орхидеи – твои. Прямо сейчас здесь не осталось жнеца и живого человека, здесь ожидают заслуженного счастья две души.

Он решил проговорить давно заученную фразу:

–Твое время вышло, Джихван. Пора отправиться в новый путь.

– Но уже со мной, – прошептала Минджу и взяла его за руку.

Сбоку появились врата, и грудь Джихвана заблестела перламутром.

– С тобой. – Он притянул ее к себе. – Сейчас и навсегда.

Они исчезли в лепестках хризантем, орхидей и ярком-ярком свете своей любви.