Книга Волчья Ягодка, страница 97 – Алана Алдар, Мию Логинова

Сплетники.

— Красивый наш, принимай неудавшийся пикник.

Всеволод, уже переодевшись, что-то кашеварит у плиты. От казанка вкусно пахнет травами и брусникой. Обернувшись на голос, шаман морщится. Он, конечно, еще с порога знал, что гости пожаловали.

Без приглашения, сажусь на табурет. Сам вырезал, имею право. Да и кто мне откажет, в самом деле. Я ж тут вожак. Первый после бога.

— Что Маша?

— Твоими молитвами да мислотью Дивии.

Сева вновь отворачивается и задумчиво помешивает свое варево. В воздухе отчетливо горчит напряжение. Очень уж шаману хочется надавать советов, но вышел я уж из того возраста, когда можно было. Да и по статусу теперь не положено. Не советник поди.

— Что собираешься делать?

Брошенная со спины фраза глуховато и буднично, как если бы он спрашивал о планах по вырубу леса в этом сезоне. Ну что ж, как спросишь, так и ответят.

— Пойду на делянку, сутки не был, надо проверить, что там к свадьбе. Неделя осталась.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я, — Кто-то другой бы не заметил, как изменился нажим в тоне с виду всегда милого философа. Как люди любят смотреть по верхам. Чудно.

— А это уже не твое дело, шаман, — чувствуешь металл в точке в конце? Слишком много на себя берешь.

— Это касается всей стаи! — Всеволод разворачивается и сейчас очень напоминает мне строгостью взгляда отца.

Лениво поднимаюсь, вытягиваю вверх руки, разминая мышцы.

— Свято место пусто не бывает. Помру — найдется другой козел отпущения.

— В стае нет достойного волка сейчас.

— И поэтому я должен, да? — Поднимаю со стола нож. Сева, видимо, резал им какие— то овощи: пахнет сырой картошкой и тонкие волокна остались вдоль острого лезвия. Снимаю их пальцем. — Не так вы напару с отцом мне вбивали лет с шести? Что? Думаешь, я дурной и не понимаю. Ты не хотел вешать все это на свои плечи, Всеволод. Боги тебе судья, почему. Быть философом куда проще, а? Ответственности меньше, свободы больше. Тебя ведь очень устраивало, что отец гнет свое? Я вам от рождения всем должен, просто по праву крови. Даже сдохнуть не волен, когда хочу.

Нельзя забрать с того света насильно. Нужно позвать и… ждать. Если решит душа, что есть, зачем вернуться, только тогда и придет на зов. Все знали, что я откликнулся по единственной причине — из—за чувства долга и ответственности перед братом и стаей. Всю жизнь, с ранних лет, камнем на шее висит этот долг. Я знал, что стая не останется без вожака. Не бывает так. Но так же хорошо знал, что вожака, готового за своих людей умереть, справедливо судить не дать слабину в отмеренном наказании у нас нет. Кто-то слаб духом, Кто-то плохо держит своего волка, кто — то слишком жесток… Привыкший всегда думать в первую очередь о них, а не о себе, я выбрал не покой, а стаю. Как учил отец. Как методично исподволь вечно подсказывал Сева. Отличная команда Вожак и шаман. Из нас вот не вышло такой.

Губы сами собой складываются в усмешку. Сбежавшая вода шипит по варочной панели. Вот так внутри все бурлит от злости. Только дурачье жаждет на место Альфы. Умные знают, что так себе должность на самом— то деле. Не принадлежишь себе. Каждое решение не по себе меряешь. И с совестью потом договариваться каждый раз.

— Если ты так печешься за стаю, как говоришь, то почему бы не постараться малость на общее благо?