Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 92 – Наталия Журавликова

Но то ли что-то пошло не так, то ли он просто не торопился.

И опять-таки, ждать развязки!

Еще один бесконечный день…

Ни Келавс, ни Максвелл не появились и в обед.

Я надеялась, что хотя бы к вечеру появятся новости. И они появились, но вовсе не с ожидаемой стороны.

Перед ужином я решила выйти из своих покоев, рассчитывая встретить Олехо Келавса или Максвелла. И на лестнице услышала голоса. Один из них принадлежал герцогу!

Мое сердце учащенно забилось.

Я торопливо принялась спускаться в просторную прихожую. И речь герцога становилась все более различимой.

— Я узнал тебя, — кому-то холодно и свысока выговаривал Максвелл, — но что тебе нужно в моем имении?

Наконец, я спустилась до уровня, с которого хорошо просматривалась входная дверь.

Герцог Коллин не пустил своего гостя дальше порога.

Стоял перед ним, скрестив на груди руки и насмешливо глядя сверху вниз.

А его собеседник, заслышав мои шаги, поднял голову и оживился.

— Арлин! Вот ты где! Собирайся, мы едем домой.

Мой муж Мартин кинул торжествующий взгляд на Максвелла.

— Я забираю свою жену, эрмин. Обвинения в воровстве сняты, а с остальным мы разберемся по-семейному.И у вас нет права ее тут удерживать, герцог. Она моя!

15.5

Мартин хочет меня забрать?

Первым побуждением было крикнуть: “Я никуда с тобой не поеду”.

Но уже открыв рот, чтобы это произнести, я осеклась. А какие планы у Максвелла Коллина на этот счет? Он же сам собирался меня отправить в Медлевил после того, как “решатся мои проблемы”.

Право первой ночи он взял. От обвинений в воровстве оправдал, доказательство того, что я не черная ведьма предоставит сыщик-оборотень, который сразу бы почуял, будь я колдовкой.

Получается, меня в имении Коллина ничего не держит.

Мартин истолковал мое оцепенение как робость. И продолжил:

— Не обманули, значит, добрые люди, подсказали, где тебя искать! Мне ведь вначале сказали, будто ты на следствии. А потом птичка на хвосте принесла, что моя драгоценная женушка не где-то, а во дворце самого владыки герцогства! Но я все равно готов смилостивиться и домой тебя забрать, беспутная.

— Как ты смеешь в моем доме оскорблять даму? — низкий голос Максвелла вибрировал так, что я его кожей чувствовала.

— Даму? — взвизгнул Мартин, краснея. — Ваша светлость, я не собираюсь вас оскорблять. Но вы удерживаете мою собственность в своих владениях!

Собственность!

Какое гадкое слово по отношению к человеку. Я отпрянула, как от пощечины.

— Не хочется такого слизняка в свой кабинет вести, — задумчиво произнес герцог, — так и кажется, что за тобой потащится липкий вонючий след… но документ, который лучше любых слов скажет о твоем… эм… праве собственности, лежит на моем столе.

Мартин едва на ногах держался, кажется, два не задохнувшись от едкого оскорбления Максвелла. Но ему не достало смелости отвечать герцогу.

— Идем, — велел герцог Мартину, — и ты Арлин, тоже. Тебя это касается сильнее прочих.

Мартин недобро глянул на меня, но ничего не сказал.

Я же уставилась в широкую спину Максвелла, идущего впереди, а мужа старалась не замечать.

Мартин же всю дорогу бубнил:

— Я готов тебя простить, Арлин, если ты раскаялась. Приму тебя, потому что люблю. Мы муж и жена, ты оступилась, но я тебя прощу. Но ты должна сама принести извинения…