Книга Присвоенная ночь. Невинная для герцога, страница 13 – Наталия Журавликова

— Мне нравится, как ты ерзаешь, — пропел на ухо хриплый голос Максвелла, — и нечего сопеть так, словно у тебя в груди кипящая кастрюля. Я же чувствую, что ее там нет.

Будто бы в подтверждение он пошевелил пальцами, и меня накрыла волна искр.

Ужасно, стыдно! Прикосновения чужого мужчины должны вызывать во мне отвращение, а не будоражить.

Герцог отпустил меня и откатился на спину.

— Ночью ты вдруг принялась ныть во сне, и что-то бормотала, просила прощения… у мужа, надо полагать. Пришлось тебя слегка приласкать, чтобы успокоилась.Что ж, можешь идти. Пока ты мне больше не интересна.

Я поспешно села в кровати, прикрыв голую грудь простыней.

Максвелл же лениво поднялся, вытащил пробку из бутылки с вином, плеснул в бокал. А затем вылил его содержимое на постель.

— Не кровь, конечно же, но пятна оставит, — сказал он, любуясь результатом своего хулиганства, — не бойся, у вас в уезде нет обычая вывешивать окровавленные простыни, как в соседней с нами губернии. Но внимание прислуги отвлечет.

— Благодарю вас, эрмин герцог, — прошептала я, — я и мой Мартин никогда не забудем вашего великодушия.

— Ты так уверена в своем муже, глупышка? — почти ласково спросил герцог.

Я просто кивнула в ответ.

— Что ж, если я ошибаюсь в нем, желаю счастья в браке.

— Вы разочаровались в любви, эрмин? — спросила я, чуть осмелев. В утреннем свете герцог Максвелл Коллин не казался столь хищным и опасным, как накануне. Особенно после того, как он надел штаны и накинул рубашку.

— Только что расстался с невестой, — сообщил герцог, — так что постельных игрищ с тобой мне не очень-то и хотелось. Иначе твои рыдания бы не помогли. Запомни, кошечка, распаленного мужчину женскими слезами не остановить. Никогда этим больше не пользуйся.

Подойдя к дверям он открыл замок ключом, выглянул наружу и требовательно крикнул:

— Горничные! Молодухе нужна новая одежда! Ее платье пришло в негодность.

Потом он обернулся ко мне и сказал:

— Что ж, Арлин, до встречи. Помни, я приду за долгом.

Он вышел, оставив меня одну, завернутую в простыню. Но вскоре прибежали все те же щебетуньи-служанки, хихикая и косясь на испачканную кровать, они заговорщицки мне подмигивали. И не переставали болтать наперебой.

— Ах, как же красив молодой герцог!

— И наверняка мужчина страстный и в любви опытный.

— Вот бы попасть к такому в объятия хотя бы на ночку!

Мне принесли платье взамен испорченного подвенечного. Бледно-розовое, украшенное белыми кружевами тончайшей работы.

Когда туалет был закончен, в опочивальню торжественно явился дворецкий, держа на вытянутых руках поднос с бархатным футляром.

— Владыка герцог жалует тебе, Арлин Палестри, ожерелье, в качестве откупа за первую ночь.

Дворецкий откинул крышку футляра, и сияние от крупных камней великолепной огранки заиграло на стенах и потолке.

Горничныеза моей спиной завистливо ахнули. По их понятиям, мне кругом повезло. И с мужчиной мечты ночь провела, и роскошную драгоценность в дар получила.

Приняв футляр, я проследовала за мужчиной к экипажу, который должен был доставить меня к Мартину.

Я ехала в свой новый дом, держа на коленях украшение. Несмотря на то, что герцог не лишил меня девственности, чувствовала я себя опороченной, вспоминая его прикосновения к моему телу и собственную реакцию на все происходящее.