Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 107 – Ли Литвиненко

— Драть можно, но член в руки не давайте, — делился он опытом, но других желающих попробовать такую экзотику, в стае не нашлось.

Над Бёрк за спиной вожака не посмеялся только ленивый. Маленькая, зеленая и страшненькая лицом, она вызывала максимум жалость. Как у Гела встал на нее, для всех было загадкой. Еще больше удивляло, что альфа явно неравнодушен к малышке. Он ревниво поглядывал вокруг, когда она проходила по лагерю, и постоянно подкармливал ее. Он каждый день что-то таскал ей: то кашу из котла, то яблоки, то запеченное мясо. Делал вид, что будет есть сам, но из-за повозки, где они встречались, неслось аппетитное чавканье орчанки. Эти собственнические повадки альфы забавляли стаю, и,немного попривыкнув, оборотни отнесли Бёрк к средненьким странным, но сносным связям.

Сегодня Бёрк не скрывалась за телегами, а ждала на виду всей стаи. Ее новый статус и ночь, проведенная в объятьях оборотня, придавали ей уверенности. Гелиодор поздоровался, сел на свободное место и стал торопливо наполнять тарелку.

— Эй, Бёрк, — позвал громко Церус, самый старший из их стаи. — Иди сюда, — и махнул рукой, приглашая орчанку к костру.

Все замерли. Это было похоже на вызов альфе. Оборотни переглянулись: непонятно, как воспримет вожак попытку вмешаться в его отношения? Но Гел молчал, будто не расслышал слов сидящего рядом брата. Он безмятежно продолжал накладывать кашу в свою тарелку.

— Хватит скрывать ее, как будто никто ничего не знает, — уже тише, и только для Гела, сказал Церус.

Гелиодор кивнул и тоже махнул Бёрк. Брат прав, он выиграл свой приз, и теперь пришло время им похвастаться. Другие самцы больше не воспринимались как соперники. На ней стояла его метка, а они просто братья, как прежде. Проигравшие в этом состязании братья. А приз его. Смотрите, завидуйте. И пусть этот камешек — не бриллиант, сжимать в ладони приятнее ее грудь, а не собственный член.

Будто по волшебству, место рядом с ним освободилось, и вся стая приветливо замахала Бёрк руками. Странную пассию альфы приняли и приглашали в семью. Не понимая всей важности момента, Бёрк несмело подошла и скромно примостилась рядом с любимым. Глазами, полными обожания и преданности, смотрела только на него. Бёрк не смущало чуть высокомерное и пренебрежительное отношение к ней Гелиодора. Он стал её божеством, её солнцем, и орчанка благодарно грелась в его сиянии, не претендуя на большее.

— Позволь представиться. Я Церус. — Продолжал нарушитель спокойствия.

— Бёрк, — ответила она тихо и исподлобья глянула на улыбавшегося дядьку.

— А я Гессон, — сказал другой и протянул ей ложку.

— Привет, — махнула она в ответ рукой.

— Сфелер.

— Амичит.

— Гросул.

— Улекс.

— Тсавор.

Мужчины по очереди называли свои имена. Она в ответ каждому дарила улыбку.

— Тумит, — буркнул последний из присутствующих. Наглая зеленая девка его явно злила.

— Бёрк, — с полным ртом повторила орчанка.

— Я запомнил.

Конечно, еще бы он забыл ее имя! Из-за этой «очаровашки» Тумит лишился дорогойбутылки вина и части сбережений. Альфа буквально силой отнимал у него деньги, на еду этой мелкой пигалице.

Гелиодор повернул миску к орчанке и первый зачерпнул исходящую паром еду ложкой. Вокруг как ни в чем не бывало завязались обыденные разговоры. Предгрозовая атмосфера рассеялась и постепенно стала расслабленной. Бёрк ела с аппетитом, причмокивая от удовольствия. Не забывала разглядывать сидящих вокруг мужчин.