Книга До самой смерти, страница 65 – Миранда Лин

У меня отвисла челюсть, и в тот же миг погас свет.

– Иди, – рявкнул он из темноты. – Пятнадцать секунд.

По ту сторону двери могла поджидать целая толпа охранников, магическая ловушка или даже сам попранный король, но оказалась всего лишь публика, предвкушавшая продолжение яркого шоу. Я нашла место, которое мне указал старик, и встала вместе с толпой. Но вот темную сцену залили фиолетовые огни, и зал разразился аплодисментами, когда две женщины встали спиной к спине, тяжело дыша и высоко подняв мечи.

Зрители сели. Я ожидала, что ничего не увижу так близко к сцене, но место располагалось на такой высоте и под таким углом, что с него открывался потрясающий обзор. Оркестр ожил. По залу пронеслась первая нота, за ней вторая. Темп мелодии все ускорялся. Мое сердце заколотилось в унисон с музыкой, в такт с каждым опасным шагом женщин, сражавшихся на мечах в прекрасно поставленном танце. Они извивались и смеялись, устраивая шоу. И мне понравилось. Я почувствовала, как пальцы подрагивают от желания поучаствовать в танце.

Я посмотрела еще три номера, включая тот, во время которого певицу спускали с потолка, и лишь тогда заметила маленькую девочку в птичьей клетке. Она наблюдала за происходящим как зритель, а не участница шоу, лизала леденец и болтала ногами, сидя на качелях, подвешенных посреди ее крошечной тюрьмы.

Вьющиеся каштановые волосы были ее изюминкой. Ореол безупречных кудряшек, которые могли однажды полностью ее окутать.На ней было нарядное платье, и даже с такого расстояния я поразилась красоте светло-голубых глаз и ровному тону оливковой кожи. Она будто бы принадлежала к высшему обществу – легко было представить ее в замке моего отца. Я внимательнее присмотрелась к публике, а не к артистам, но, похоже, никто не замечал ребенка. Сидевшая рядом женщина проследила за моим взглядом. Но, казалось, ее взор прошел мимо девочки.

Театр вновь погрузился в темноту. Если бы не зловещий звук шагов, то появление Маэстро выдал бы резкий стук трости, раздавшийся за несколько мгновений до того, как на сцену упал багровый луч прожектора. Окинув публику взглядом, Дрексель Ванхофф недобро улыбнулся и покрутил кончик рыжих усов рукой в безупречной белой перчатке.

– Дамы и господа, уважаемые зрители «Предела страданий», прильните же к сцене! Сегодня мы отправимся в уникальное путешествие. Позвольте мне развлечь вас рассказом о старых богах. О том, как однажды они удостоили мир своим присутствием, а в итоге отвернулись от нас, оставив в пламени войны. Но не бойтесь, ведь, когда боги бросили нас среди кровопролития, сам Смерть явился с великим предложением. Он даровал нам бессмертие на сотню лет, дал возможность наслаждаться роскошью жизни без страха перед неизбежным концом. Смерть – наш спаситель, наш могущественный бог. Но, дорогие мои зрители, даже он в долгу передо мной. – Маэстро издал низкий смешок, когда по залу прокатились потрясенные вздохи. Дрексель наслаждался каждой секундой своего фиглярства. – Я обещал вам невиданное зрелище? Обещал вам насилие?

Толпа разразилась одобрительными возгласами, а когда его злобные глаза устремились ко мне, я принялась хлопать, хоть и опускала лицо как можно ниже. Сердце грохотало в груди, пока он говорил о долге Смерти, подтверждая мою теорию о необычной силе Орина. По крайней мере, мне так казалось.