Книга До самой смерти, страница 20 – Миранда Лин

В дверь трижды постучали, прервав желанное уединение.

– Принцесса Деянира, вас вызывают в зал совета. Вам приказано оставить оружие.

Тот, кому поручили передать послание, даже не потрудился открыть дверь. А когда в коридоре раздались тихие торопливые шаги, стало ясно, что сопровождать меня никто не будет. Пожалуй, оно и к лучшему. В сложившихся обстоятельствах удивительно, что отец не выставил у моей спальни караул, чтобы держать меня в заточении. Я не ступала ни шагу без Хаоса, и даже королевский приказ этого не изменит. Тем более когда отец так зол на меня.

Я шла по оживленным, увешанным картинами залам с гордо поднятой головой. Слушала перешептывания придворных. Убийство короля никогда не встретили бы мирным молчанием.

– Ах, убийца монарха, вестница войны, – произнес Регулас, когда я вошла. Он, как и другие члены совета, сидел за длинным столом. – Вижу, ты не приготовила наряд по такому случаю. Не изволишь ли присоединиться к нам? – В его по обыкновению тусклых глазах промелькнуло веселье.

Я оглядела свои черные кожаные штаны и рубашку с отложным воротником, которую почти полностью закрывал дорогой зеленый жакетс вышитой золотом виноградной лозой. Не сказать чтобы неподобающий наряд, но и не платье, хотя, скорее всего, Регуласа беспокоила не повседневная одежда, а клинок на моем бедре.

Никто не встал. Никто не поклонился. Напротив, остальные члены совета не отрывали взглядов от начищенного мраморного пола и помалкивали. Затишье явно не предвещало ничего хорошего.

Я вскинула бровь.

– Как плечо, Рег?

– Не понимаю, о чем ты, – ответил он с вымученной улыбкой.

– Старые воспоминания меркнут? Сколько тебе осталось до столетия?

Отец прокашлялся.

– Деянира…

Я сделала реверанс.

– Мой король.

Двери позади со скрипом отворились, и в зал вошла вереница слуг. Не успела я выпрямиться, как меня сразили ароматы свежеприготовленной свинины и запеченных овощей.

– Надеюсь, вы не возражаете, принцесса Деянира, – прощебетал Регулас. – У нас разыгрался аппетит.

Я выпрямилась, медленно моргая.

– С чего бы мне возражать?

Кровь вскипела. Не стараниями Регуласа, а оттого, что отец молчал, наблюдая за мной и ожидая реакции. Он бы никогда не вступился за меня, и члены совета это знали. Его молчание научило меня быть сильнее. Держаться в одиночестве. Не нуждаться в чужом одобрении или защите. Но еще оно научило придворных, что можно открыто выражать неприязнь.

Отец всегда был холоден ко мне – убийце его возлюбленной. Он так оберегал образ королевы, что приказал убрать все ее портреты, чтобы я никогда не смогла посмотреть в ее лицо и увидеть свое.

– Показалось, я слышал, как у тебя урчит в животе. – Регулас скривил свою уродливую физиономию, когда я смерила его свирепым взглядом.

Остальные члены совета промолчали, никто не шелохнулся. Регулас был исключительно предсказуем. Обычно я сохраняла хладнокровие, отчего он, правая рука короля, и позволял себе разговаривать со мной в подобном тоне, однако сегодня он не останется безнаказанным.

Я неторопливо приблизилась, обогнув стол. В глазах Регуласа вспыхнул страх, едва он осознал, что зашел слишком далеко.

– Деянира, – предостерег отец.

Но я не слушала. За взмахом кинжала и моей убийственной улыбкой последовал звук мочи, капающей с кресла Регуласа.