Книга До самой смерти, страница 131 – Миранда Лин

Я подумала об Элоуэн, которая трудилась не покладая рук, как и остальные в Синдикате. Подумала о людях Маэстро, что рыскали по переулкам в любое время ночи. О том, сколько боли было в их взглядах, когда они пытались схватить меня, и о страхе, что скрывался за принуждением. Какие же кошмары пришлось лицезреть матери Орина из любви к брату.

– Наверное, нам не стоит говорить о таких ужасах.

Орин встал и подал мне руку. Я приняла ее, а затем, поднявшись, подошла к краю крыши. Он крепко сжимал перила, пока мы стояли бок о бок, наблюдая, как последние цвета на небе растворяются в ночи.

– Поделись со мной радостным воспоминанием из детства.

Я улыбнулась.

– У меня была подруга. Вернее, та, кого я считала подругой, когда не знала иных привязанностей. Теперь я не уверена на ее счет.

Лицо обдало жаром. Во мне крепло опасение: следует ли рассказывать Орину, что знаю о его дружбе с Ро? Но разве это мое дело? И зачем мне рисковать и обрывать тонкие нити симпатии, протянувшиеся между нами? Я не его надзиратель, а он ничего мне не должен.

– Как вы познакомились?

– Она была старше. И очень добра ко мне, в отличие от остальных. По-своему защищала меня и учила жизни.

– Деянира. – В его глазах было столько печали, что я задумалась, сумеем ли мы завязать дружбу. Мы затронули трудные темы, которые причиняли обоим сильную душевную боль, но в действительности продолжили притворяться, как истинные артисты.

Я ждала, когда он скажет, что я невыносима и мне нельзя здесь оставаться. И пусть мы оба отчасти хотели сблизиться, этому никогда не бывать. Но прежде чем прозвучали откровения, дверь распахнулась и к нам присоединились Пэйша и Тея.

– Мы все пропустили? –спросила Тея. – Черт.

– Как всегда, – ответила Пэйша, глядя на горизонт, за которым только что скрылось солнце.

– Мы… э-э… ничему не помешали? – Тея улыбалась слишком уж радостно, хотя ее лицо было перепачкано в золе, а фартук весь покрыт сажей.

Мы отодвинулись друг от друга и хором выпалили:

– Нет.

– Отлично. – Пэйша неспешно подошла к клетчатому пледу, по одному подняла наши бокалы и снова наполнила их любимым янтарным напитком Орина, а затем подала их нам. – Потому что мне нужно потанцевать.

Я уже слышала, как они собирались вечерами, иногда с музыкой, иногда без. Но всегда вместе. Обычно их смех долго не стихал, лишь за несколько часов до рассвета наступала тишина и все возвращались в дом.

– С днем рождения, Дева. – Охотница чокнулась своим бокалом с моим. – Желаю дожить до столетия в мире.

– Поздравляю! – присоединилась Тея, сняв фартук и бросив его на пол.

– С днем рождения, Ночной Кошмар.

Голос Орина, окрашенный ноткой грусти, пробрал меня до нутра. Только я подумала, что мы покончили с враждой, так сразу возникло чувство, что мы, наоборот, возродили ее. Ведь оба знали, как трудно будет, помнили общее прошлое, которое началось еще задолго до нашего знакомства. Я лишила жизни близких ему людей, а он разрушил мою. Или же мне так казалось… пару месяцев назад.

– Хороший выдался день или плохой? – спросил Орин, обращаясь к Пэйше, и резко поставил свой бокал.

– Плохой, – ответила она, потупив взгляд.

Он взял ее за руку и потянул на середину крыши. Они отбросили плед в сторону и начали танцевать, двигаясь так, будто оба слышали ритм неземной песни, неведомой для всех остальных.