Книга Чужачка в замке Хранителя Севера, страница 50 – Лари Онова

— Не забывайтесь, леди Катарина, — едва слышно сказал он, когда я поравнялась. Только для меня. — Игры с огнём опасны. Но и свет иногда ослепляет так, что не видишь пропасти.

Я вздрогнула и ускорила шаг, почти бегом направляясь в замок, подальше от двух мужчин, разрывающих мою душу на части: одного, который дарил покой, и второго, который этот покой отнимал одним своим существованием.

Праздник, начатый Джереми на дворе, к вечеру перетёк под своды замка, но по дороге претерпел уродливые изменения. Леди Элинор, увидев, как веселятся солдаты, решила, что негоже «черни» радоваться больше, чем её благородным гостям. Она и звала меня для того, чтобы отдать распоряжения по организации праздника.

— Наконец-то вы пришли, моя неутомимая экономка, — бросила она мне, даже не повернув головы, изучая своё отражение в серебряном зеркале. — Праздник ваш, детские снежки… забавно. Продолжим вечером. Велите накрыть столы в Большом зале.

Она развернула на ладони список, будто веер.

— Меню слушайте и запоминайте: оленья вырезка — розовая, но чтобы кровь не текла, утки с ягодным соусом, пироги — грибные, луковые, с телятиной. Горячее вино — не ваш деревенский сбитень, а пряное, на корице и гвоздике. Пастила, марципаны… И пожалуйста, цветы в вазы — живые. Этот ваш… северный «колорит» пусть остаётся за окнами.

— Живые цветы зимой? — ровно уточнила я. — Поставим можжевельник и высушенную вересковую ветвь. В теплице — только зелень для кухни.

— О, разумеется, — улыбнулась она, так что захотелось вытереть лицо. — Простите, забыла, где нахожусь. Тогда побольше свечей, но не огарков, — её взгляд скользнул по моему переднику. — И прикажите слугам надеть «что-то приличное». Сегодня в зале будет будущее Севера. Постарайтесь не опозориться.

— Будет сделано, миледи, — я присела, чувствуя, как за спиной у меня тихо заурчала довольная печь. — Пир составлю так, чтобы гости запомнили Север надолго.

— В этом я не сомневаюсь, — прошептала она, уже отворачиваясь. — Ради всего святого, смени этот передник. Ты портишь мне аппетит своим видом вечной труженицы.

Я промолчала, сглотнув колючий ком обиды. Моя магия внутри глухо заворчала, и в камине Элинор вдруг громко треснуло полено, выбросив сноп искр на дорогой ковёр. Элинор взвизгнула, отскакивая, а я, спрятав мстительную полуулыбку, поспешила на кухню.

К вечеру Большой зал дышал теплом. Столы тянулись в два ряда, на белых скатертях — глиняные блюда, оловянные кубки, горки пирогов, румяные гуси, дымящееся мясо. Музыканты на хорах настраивали волынку и скрипки; по каменным аркам струился медовый свет тысяч свечей. Слуги сновали, как быстрые рыбки, воины, умытые и причёсанные, сидели плечом к плечу с конюхами — так, какмне и хотелось. Праздник — всем, а не избранным, как хотела Элинор. Моя маленькая месть удалась. Она не сможет вышвырнуть никого из-за стола при Хранителе.

Я пряталась в тени колонны, наблюдая за праздником со стороны. Мне не хотелось выходить на свет. Там была Элинор, сияющая в изумрудном шёлке. Там была леди Изабель, моя мачеха, которая сидела с прямой спиной, словно проглотила аршин, и её холодный взгляд сканировал зал, ища... меня.

— Долго ты будешь подпирать стену? — тёплый шёпот над ухом заставил меня вздрогнуть.