Книга Чужачка в замке Хранителя Севера, страница 46 – Лари Онова

Но стоило мне моргнуть, как картинка сменилась.

Я всё ещё стояла у алтаря, но теперь на мне было чёрное платье. Тяжёлый, густой бархат, расшитый серебряными нитями, мерцал, словно звёздное небо в морозную ночь. Корсет сжимал рёбра, шлейф тянул назад, но в этой тяжести была невероятная сила. Величие королевы.

Рядом стоял Дуглас. Мрачный, могучий, как скала, о которую разбиваются штормовые волны. Он не улыбался. Его профиль казался высеченным из гранита, взгляд был устремлён вперёд. Его рука сжимала мою жёстко, почти до боли, и она была горячей. От него исходила такая мощь, способная сокрушить горы. Рядом с ним было страшно, но этот страх был сладким, тягучим, как мёд. С ним я не смеялась. С ним я горела заживо, и мне это нравилось. Это был путь страсти.

— Выбирай, — прошелестел голос Изабель из темноты, обволакивая меня холодом. — Свет или тьма? Покой или пламя? Или... пустота?

Внезапно алтарь с грохотом раскололся надвое. Из чёрной трещины полезли склизкие змеи, мгновенно обвивая мои ноги, сковывая, утягивая вниз. Я попыталась закричать, но голоса не было. Горло сдавило невидимой рукой. Нож в руке Изабель сверкнул, опускаясь прямо мне в сердце...

— Нет! — Крик вырвался из груди, разрывая лёгкие.

Я проснулась, резко сев в постели. Сердце колотилось о рёбра так сильно, что было больно дышать. По лицу, смешиваясь со слезами, тёк холодный пот. В комнате царил мрак, лишь тонкая полоска лунного света пробивалась сквозь щель в ставнях, разрезая темноту.

Дверь распахнулась, с грохотом, ударившись о стену.

— Кат!

Джереми влетел в комнату вихрем. Он был бос, в одних штанах и расстёгнутой рубашке, в руке хищно блестел кинжал. Увидев меня, сидящую на кровати, бледную и хватающую ртом воздух, он с размаху швырнул оружие на стул и бросился ко мне. Матрас прогнулся под его весом.

— Тише, тише, я здесь, — зашептал он, обхватывая мои плечи и прижимая к себе. — Это сон. Просто сон? Ты кричала.

— Она... она проводила ритуал, — всхлипнула я, судорожно вцепляясь в его рубашку, сминая ткань пальцами. Меня колотила крупная дрожь. — Чаша... моё лицо в черноте... и нож...

— Всё хорошо, — он гладил меня по спутанным волосам, укачивая, как ребёнка. Его голос был тёплым, целительным, как бальзамом на мои оголённые нервы. — Никто тебя не тронет. Я здесь. Я рядом. Я никому тебя не отдам.

От него пахло холодным воздухом, полынью и простым мылом. Кожа тёплая, живая. Тем самым теплом из сна, где я была в белом платье. С ним было безопасно. Уютно. Я уткнулась мокрым лицом ему в плечо, вдыхая знакомый запах полыни, мыла и разгорячённого тела. Слёзы потекли свободнее, смывая липкий ужас ночного кошмара.

— Джереми...— прошептала я, боясь отпустить его. — Не уходи. Пожалуйста.

— Не уйду, — твёрдо пообещал он, целуя меня в макушку. — Я буду сидеть здесь до утра, если нужно. Я буду сторожить твой сон.

Постепенно дыхание выровнялось. Я почти успокоилась, как вдруг почувствовала на себе взгляд. Тяжёлый. Пронзительный. Осязаемый, как прикосновение раскалённого железа.

Я медленно подняла голову.

В дверях стоял Дуглас.

Он был полностью одет. В тот самый чёрный камзол из моего сна, застёгнутый на все пуговицы, словно он и не ложился. Он стоял неподвижно, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. Его лицо скрывала тень, но я чувствовала его взгляд.