Книга Презумпция виновности, страница 151 – Макс Ганин

После отбоя Гриша, лежа на своей шконке, самой близкой к окну и «дороге», частенько становился свидетелем переговоров «дорожника» с другими камерами.

– Ноль восемь! – кричали соседи по блоку.

– Говори! – отвечал «дорожник».

– Магу подтяни!

– Кто говорит?

– Саха из один-ноль

– Он отдыхает.

– Пусть «глаза откроет»!

– Привет, Саха! Как сам? – уточнял Володя Рыжий, передавая Магомеду, чтобы тот подошёл к телефону и ответил на звонок из десятой камеры.

– Пойдет! Как у вас в «хате»?

– Всё на должном, брат! Нужда в чём есть?

– Заварить, закурить.

– Та же канитель! По возможности тусанём.

– От души, братуха! Братве салам. Расход!

По началу Тополев не всё понимал из этих переговоров и частенько переспрашивал «дорожника» о смысле тех или иных слов и выражений. К примеру, этот разговор был просьбой смотрящего за 10-ой камерой Сахи прислать им по «дороге» чай и сигарет. Для этого он звонил по телефону Маге и пытался попросить об этом, но Магомет не брал трубку, так как имел свой взгляд на подобные просьбы. Он считал, что тех сигарет и чая, что он отправлял в котловую «хату» – камеру, в которой сидел смотрящий за продолом и собирал на общее со всего этажа, было вполне достаточно, чтобы обеспечить всех желающих. Поэтому просьбы не таких состоятельных соседей он попросту игнорировал и требовал того же от остальных. Только поэтому Саха и просил через «дорожника», чтобы Мага «открыл глаза»,то есть ответил на его звонок.

Иногда какой-нибудь стремящийся к воровскому делу пацанёнок подходил к открытому окну и во всеуслышание кричал: «Тюрьма-старушка, дай мне „погремушку“! Не простую, а воровскую!» После этого клича из соседних камер ему начинали предлагать разные погоняла, и он старался выбрать для себя подходящее. Больше всех усердствовал в этом вопросе «Кичал» – кладезь различных прозвищ и кликух, поэтому его предложения чаще всего заслуживали одобрения начинающих вороваек. Последнее погоняло, которое он предложил, было «Путёвый». После этого ему пришёл небольшой «кабанчик»121по «дороге» от благодарного соседа. Таков закон тюрьмы.

Как-то раз Гришу сразу после утренней проверки забрал на разговор опер Володя, который очень интересовался его персоной – всё выспрашивал, как ему живётся в камере, не вымогают ли у него деньги. Для большей открытости и откровенности поделился информацией, что Мага вымогал у Володьки «Рыжего» 25 тысяч рублей за его мошенническую статью. А оперативный сотрудник его спас и перевёл в другую камеру, где его больше никто не трогает. Григорий ответил, что у него с сокамерниками проблем нет, и о затруднительном положении, в которое попал «дорожник», он ничего не слышал. По возвращении он расспросил об этой истории Сашу Ткаченко, который подтвердил факт вымогательства и реальную причину перевода «Рыжего» на Большой спец, отметив, что за этот перевод Володя получил с Рыжего полтинник.

– Видимо, Мага хотел эти двадцать пять тысяч пустить на биржевую торговлю, – подумал Гриша. – Но оперок оказался проворнее…

– Или можно предположить, что наш смотрящий работает в паре с этим опером, делая «обезьяну»122сокамернику, вынуждает его жаловаться Володе, который за деньги переводит пострадавшего на Бэ-эС, а затем заработок делят пропорционально, – слишком уверенно сказал в ответ Ткаченко.