Книга Презумпция виновности, страница 148 – Макс Ганин

– Да, да! Я понял! – ответил подавленный Тополев.

– И обязательно до десяти, а то мне надо ещё дело прошить и до часу дня сдать в прокуратуру.

– Рома! – обратился к своему доверенному лицу Григорий. – Проследи, пожалуйста, чтобы эти «гондольеры» засунули свою гордость или страх, или что там у них впереди паровоза бежит, куда подальше и переделали характеристику на превосходную.

– Я постараюсь… Но тебе лучше по этому вопросу обратиться к Валере, он быстреесможет решить этот вопрос.

По возвращению из камеры набрал Смирнова и рассказал об увиденном в деле документе. Валера пояснил, что ещё в декабре в офис приезжали два здоровых опера, наплели про Гришу разной гадости – что, мол, он вовсю даёт на Антона и Сережу показания и хочет утащить их за собой. После этого попросили дать отрицательную характеристику на него. Животков трухнул и дал им всё, что они требовали, лишь бы поскорее расстаться. Тополев попросил объяснить им, что всё это неправда и повлиять на них, чтобы сделали другую, положительную бумагу и завтра до десяти утра передали бы ее следаку в УВД ЦАО. Валера с неохотой согласился и обещал сделать всё, что в его силах. Вечером, после девяти, Гриша снова набрал номер Смирнова. Тот долго мямлил про тупость и непреклонность Антоши, про страх в глазах Гнедкова и прочую чушь. Короче переписывать характеристику они отказывались. Грише даже пришлось позвонить своей первой жене Оксане, которая после известия о разводе с Ларисой начала с ним общаться и даже помогала его тёте Наташе заказывать для него продукты в интернет-магазине следственного изолятора. Он попросил её поговорить с их соседом Сашей Животковым – отцом Антона, чтобы тот, в свою очередь, повлиял на сына и заставил его поменять характеристику. Но всё было тщетно. Ни в этот день, ни на следующий текст изменён не был. Так за Григорием и закрепилось звание «отрицательно характеризующегося по месту работы».

В «хате» ноль-восемь все жители старались приносить общественную пользу, кто-то по принуждению за свои огрехи и косяки, но большинство – по собственной воле и личному энтузиазму. Кроме блаткомитета в виде смотрящих, уборщиков, дорожников и дежурных по «тормозам», были и гражданские специальности. К примеру, Вадим Лойченко вместе с Романом Пановым гнали шикарный самогон по тюремному рецепту. Делали они это профессионально и не чаще, чем раз в месяц, после чего вся «хата» гуляла несколько дней. Но последний такой гон прямо перед Новым годом кончился печально – проверяющие учуяли запах браги, провели шмон и, естественно, всё вымели подчистую. В наказание из камеры забрали телевизор на две недели. Процессу самогоноварения предшествовали почти две недели подготовки. Необходимо было приготовить дрожжи, называемые в тюрьме «старт», из положнякового чёрногохлеба, который каждое утро приносил осужденный из «козлобанды» – отряда по обслуживанию контингента следственного изолятора. Остатки хлеба складывали в отдельный пакетик и хранили в тёплом месте, пока кусочки не покрывались плесенью. Затем в толстые большие мусорные пакеты наливали теплой кипяченой воды, добавляли много сахара, который заблаговременно вскладчину приобретали в интернет-магазине или получали в передачках с воли, сухофруктов, изюма и заплесневевший хлеб. Таких мешков с полуфабрикатом делали 4—5 штук и хорошенько прятали под шконки среди баулов, чтобы проверяющие не могли их увидеть или учуять запах. Жидкость периодически подогревали кипятильником по ночам для ускорения процесса брожения. Чтобы забродившая брага не рванула, в месте обвязки мешка вставляли корпус от шариковой ручки, чтобы через него, как через трубочку, выходили газы. Затем в день Х, когда жидкая субстанция в пакетах была готова к переходу в другое агрегатное состояние, ответственные исполнители собирали нехитрый самогонный аппарат из подручных средств: пластиковое ведро, круглый контейнер из-под солёных огурцов, резиновая трубка, твердый полиэтилен – обёртка от постельного белья из тюремного магазина и тяжёлая ржавая гайка. Контейнер подвешивали внутри ведра на верёвках на десять сантиметров ниже края, трубку вставляли в верхнюю часть контейнера и пропускали наружу через дырочку в ведре. В ведро наливали брагу и вставляли 2-киловаттный кипятильник, сверху на ведро, натягивали очень плотно полиэтилен, обвязывали верёвками края ведра, чтобы исключить попадание внутрь воздуха, и водружали сверху гайку. В процессе кипячения жидкости пар поднимался вверх и оседал на полиэтилене в виде капелек. Благодаря грузу эти капли скатывались к центру и падали в круглый контейнер. Когда уровень жидкости в контейнере поднималась до отверстия, то по трубочке выливался наружу в подставленную заранее пластиковую бутылку в виде уже готового самогона. Для более приятного и мягкого вкуса Вадим и Рома добавляли в продукт листы чая каркаде. За ночь они могли нагнать до десяти литров прекрасного 60-градусного напитка.