Онлайн книга «Презумпция виновности»
|
– Я думаю, что в мае! – не задумываясь, ответил Тополев и улыбнулся. Лариса закатила глаза и, глубоко вздохнув, произнесла: – Неужели ещё так долго?! – она мило улыбалась и клялась, что обязательно дождётся, что любит и верит в лучшее. Не более, чем через десять минут суд вернулся и продлил содержание под стражей ещё на месяц, до пятого января. Это решение сильно обрадовало Романа Шахманова и заметно расстроило следователя.Прокурору было абсолютно все равно. Григорий тоже уловил все эти нотки и подумал, что если не Новый год, то уж Рождество он точно будет встречать дома. Появилась надежда… Не успела судья уйти в совещательную комнату, как бойкий конвой уже надевал на Григория наручники. Затем вывел его из клетки, не дав пообщаться с женой, друзьями и адвокатом. Роман кричал вслед, что придёт к нему на следующей неделе, а Лариса с друзьями махали руками и тоже кричали слова поддержки. Они быстро спустились по лестнице в «конвойку». Григория завели в тот же бокс, он пустовал из-за всё еще идущего у троицы суда по квартирной краже. Тополев сел посередине лавки и громко выдохнул. Он только сейчас почувствовал, что напряжение, сковывающее его весь день, пропало, дышать стало легче, а улыбка не сходила с его лица. Такого удовлетворения от произошедшего за сегодняшний день он не испытывал уже несколько месяцев. Мысли роились в голове и мозг, освободившись от проблемных переживаний, требовал анализа произошедшего. Прокрутив еще раз в голове весь судебный процесс и проанализировав реплики судьи, он сделал утешающий для себя вывод: Тимакова явно на его стороне, поэтому и продлила срок ареста всего на месяц. За это время Роман точно успеет собрать все необходимые документы по её списку и в начале января его отпустят как минимум под домашний арест. А там уж он найдёт возможность переговорить с Южаковым или, в крайнем случае, надавить на него через друзей в правоохранительных органах, чтобы тот отказался от своих претензий. Дело закроется как примирение сторон, ну, или, в крайнем случае, Тополев отделается условным сроком. Потом он стал вспоминать, что ему рассказывала Лариса: «Что она там говорила про развод? Что Гнедков ей советовал и Панкова тоже?! Ну, про Серёжу всё понятно – он паникёр и трус, поэтому его порыв ясен и обоснован, но Катерина… Ей-то зачем всё это нужно? Аж сама приехала к Ларисе на квартиру и за рюмкой чая убеждала развестись… Непохоже на неё совсем. Видимо, она была в гостях на квартире в „Алых парусах“ у Александра Васильевича, поэтому и оказалась в нашем районе. Он, в свою очередь, и надоумил её об этом поговорить. Но зачем ему это надо?! Видимо, семейство Животковых решило меня слить, чтобы защитить себя и свой бизнес. Это вполне объяснимо. Поэтому-то Антони отказался платить Ларисе мою зарплату, оплачивать услуги адвоката. Скорее всего, помощи от этих людей, которых я до сих пор считал своими друзьями и из-за которых, собственно, я тут и оказался, мне ждать не стоит. Ну что же, один, значит, один. Не впервой». Григорий на мгновение прервал мысленный процесс, прислушиваясь к внешнему шуму за дверью в ожидании, что его сокамерников вот-вот приведут, но звуки растворились одновременно с железным лязганьем двери соседнего бокса. – Она мне что-то ещё про деньги для Облгаза говорила, – вернулся к размышлениям Григорий. – Ах, да, что очередная взятка не дошла туда… Ну, а как вы хотели? Этот участок всегда замыкался на мне и только на мне, а меня нет… |