Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 102 – Аманда Скенандор

Что бы Чарли подумал об этом месте? Показался ли ему их телефонный разговор таким же напряженным, как и ей? Сколько времени им потребуется, чтобы снова идти в ногу, когда она вернется?

Она последовала за Фрэнком в бар, обрадованная тем, что он не выбрал столик у танцпола. Он сел на ближайший к стене табурет и заказал им обоим выпивку. Мириэль примостилась рядом.

– Salut, – сказал он после того, как бармен поставил перед ними два хайбола.

Ликер был не таким крепким, как домашняя бражка Фрэнка. Ноздоровенный глоток обжигал сильнее, чем джин или шампанское, которые она любила пить дома. Она оперлась локтями о стойку бара и обхватила стакан руками. Отхлебнув еще, она опять услышала голос Эви. Воркование Хелен. Молчание Чарли в конце разговора. Слезы снова навернулись ей на глаза.

Как он смеет распространять о ней такую ложь! Если бы она была свободна, то села бы на первый поезд до дома и закончила бы высказывать ему свое мнение. Она сделала еще один глоток. Когда яркая жидкость растеклась по ее языку и спустилась в горло, ей пришло в голову, что она на самом деле свободна. Здесь не было никакого забора из колючей проволоки. Никакого методичного подсчета голов. Никакого сторожа.

– Я… э-э… я собираюсь освежить макияж. – Это было глупо, учитывая, что у нее ничего с собой не было. Но Фрэнк кивнул, возможно, решив, что под бретелькой ее лифчика спрятана пуховка с пудрой.

Уборная оказалась крошечной, грязной комнатой с потрескавшейся эмалированной раковиной и стенами, оклеенными газетной бумагой. Мириэль плеснула водой в лицо, чтобы решиться на побег. Она не была уверена, что вспомнит, как вернуться на вокзал и не слишком понимала, как без всяких денег ей удастся заказать билет. Но она разберется с этими вещами по ходу дела. А когда вернется домой, все увидят, что она совершенно вменяема, и оставят их дочерей в покое. Чарли мог бы иначе разрешить ситуацию с этими надоедливыми репортерами. Ну, не совсем прямо, а чуть изворачиваясь, придумывая другую отговорку, не выставляя ее сумасшедшей. Или прокаженной.

Она не стала трогать висевшее здесь грязное полотенце, вытерла лицо подолом юбки и потянулась к двери. Кровь глухо стучала в ушах. Ее конечности покалывало от возбуждения и легкого страха. Ей нужно только выглянуть из-за угла, чтобы убедиться, что Фрэнк не смотрит, а затем…

Фрэнк. Несомненно, он будет беспокоиться о ней и начнет искать. Не успеет уехать обратно в Карвилл. А когда вернется, проведет месяц или больше в этой кишащей мышами тюрьме. И все потому, что пытался ей помочь. И Айрин. Если доктор Росс пронюхает, что Айрин знает о вылазке, у нее тоже могут быть неприятности.

Ладонь Мириэль замерла над дверной ручкой. Нет, она не могла сбежать. Не сегодня. Не в тот момент, когда ее друзья могут пострадать из-за этого. К тому же ей было хорошо известно, чтов Голливуде не интересуются долго одним и тем же скандалом. Она поправила платье и проглотила подступившую к горлу печаль.

Группа сделала перерыв между выступлениями, поэтому, когда Мириэль вернулась, в клубе было тише. Голоса возникали и затихали. Смех. Случайное ворчание или крик. Музыканты стояли у сцены, курили и потягивали напитки. Танцоры заполнили бар. Мириэль осторожно пробиралась обратно на свое место. Она так привыкла к Карвиллу с его бесконечными дорожками и широкими открытыми лужайками, что толпа потных тел заставляла ее нервничать.