Книга Шарлатанка, страница 59 – Аманда Скенандор

И на следующий вечер Тусии пришлось бороться с собой. Но советы Фанни и надежные карманные часы снова помогли ей выиграть эту битву.

После того как она выступила три раза, не завалив номер, Хьюи дал ей новые задания. Теперь она должна была запомнить не только предметы, но и подсказки. Например, если Хьюи говорил: «Можете сказать, что есть у этого почтенного джентльмена?», это означало, что следующая вещь в списке, часы или цепочка, будет позолоченной. Первая буква в слове «почтенный» означала позолоту. А если он спрашивал: «смотрите, что есть у этого человека?», буква «с» в первом слове указывала на серебро. Если же Хьюи обращался к зрителю «милейший» или «милейшая», то предмет был сделан из меха.

С запоминанием подсказок у Тусии тоже проблем не возникло. В первый вечер она еще волновалась о том, что дополнения пустят под откос весь тщательно выстроенный ею процесс, но обнаружила, что ей нужно просто на мгновение прервать свою концентрацию, чтобы услышать подсказку. Повышенная сложность помогла ей не думать обо всем остальном. Публике номер нравился, зрителей приходило все больше. Но через несколько дней Хью заметил, что продажи снадобий упали, из этого городка они уже выжали все, что можно.

Сцена была разобрана, имущество погружено в фургоны и повозку.

Странно было видеть пустоту на месте лагеря. Участок ровной утоптанной земли напоминал гигантский отпечаток ноги. Через несколько дней сорняки и трава снова вырастут, будто здесь и не было никогда ни сцены, ни фургонов. Они провели здесь чуть больше недели, но Тусии казалось, что прошло гораздо больше времени. И все же она думала, что двигаться дальше рано.

Она поняла наконец, что если Ал говорил, что кончилась кукурузная шелуха, значит, нужно приготовить еще «Чудодейственной мази от мозолей». «Крикуном» называли недовольного покупателя. «Репьи» или «орехи» обозначали расходы, а «бархат» – доходы. Говоря, что вечер был красный, имели в виду выгодную торговлю из-за рекламы или большого числа зрителей.

Тусии предстояло еще многому научиться, раз уж им с Тоби предстояло еще жить с труппой, но сегодня она предвкушала беззаботный день в дороге.

Все распределились по повозкам. Хьюи правил лошадью на своем фургоне, Вождь – на хозяйственном, Трауты ехали в повозке. А значит, Тусии оставался Дарл. Он забрался на сиденье кучера, и Тоби оказался зажат между ними с Тусией. Прищелкнув языком и встряхнув вожжи, Дарл тронул мулов с места.

Тоби захлопал в ладоши, когда фургон тронулся, и тоже постарался щелкнуть языком. Это было больше похоже на чавканье, но Дарл одобрительно кивнул ему.

Почти все утро он разбирал сцену, и когда Тусия придвинулась ближе, поправив Тоби шляпу, она думала, что почувствует запах пота. Однако от Дарла пахло только мылом, льняным маслом и деревом, почти как от того полотенца, которое он протянул ей тогда за кулисами.

Покосившись на него, Тусия увидела, что он надел чистую рубашку. Белая ткань контрастировала с темной щетиной, покрывавшей его подбородок, и пыльной шляпой, надвинутой на брови.

– Они хорошо идут следом, эти двое, – сказал Дарл, и Тусия не сразу поняла, что он имеет в виду мулов. – Больших неприятностей вам не доставят.

– Мне?

– Когда вожжи возьмете.

Он повернулся и поднял голову, посмотрев ей в лицо темными глазами.