Книга Кровавая гора, страница 148 – Алиса Валдес-Родригес

– Тедди Эванс? – выдохнула она. – О господи…

Не без труда забравшись в шкаф, Джоди развязала миллиардера. Кляп он вытащил сам, едва высвободив руки. После этого Джоди помогла ему выбраться из шкафа и выпрямиться, а затем усадила в кресло за рабочим столом. Тедди била дрожь, и поэтому Джоди скинула с себя куртку и накинула ему на плечи. Владелец ранчо обвел недоуменным взглядом своих связанных работников и так же связанных членов своей семьи, а затем уставился на Джоди:

– Что за чертовщина тут творится?

– На ранчо одно за другим произошли два убийства, – объяснила Джоди. – И мы застряли здесь, занесенные снегами. Электричества нет нигде в доме, кроме этого подвала. Из соображений безопасности я привела всех сюда и обездвижила. Так мы собираемся дождаться прибытия подкрепления.

– А почему они связаны? – уточнил Тедди Эванс. – Они же ничего не сделали!

– Пока я не установлю личность убийцы, – сказала Джоди, – мой долг – обеспечить всем защиту. И сейчас это, к сожалению, единственный способ.

– Я могу открыть вам, кто совершает убийства, – устало сказал владелец ранчо. – И это – не кто-то из присутствующих. Развяжите их.

– И кто же убийца? – недоверчиво спросила Джоди.

– Тот же, кто запер меня в той кладовке, – вздохнул Тедди Эванс. – Я в этом вполне уверен, выслушав весь извращенный план из его собственных уст.

– Кто это? – повторила Джоди.

Тедди Эванс вздохнул еще раз, выдерживая паузу: казалось, его глубоко тяготила тайна, которую он собирался раскрыть. В упор глядя на Клаудию, он медленно произнес:

– Дорогая, мне очень жаль, что тебе придется это услышать…

– В чем дело? – спросила та у мужа.

Тедди Эванс повернул голову к Джоди и уставился ей прямо в глаза, прежде чем наконец проговорить:

– Человек, который поставил себе целью расправиться с моей семьей… Мой собственный сын, Стерлинг Эванс.

Сидя на краю кровати в хижине траппера, Мила наблюдала за лежащим у ее ног Стерлингом. Он уже открыл глаза и принялся ворочаться, с неудовольствием обнаружив, что крепко связан толстыми проводами, которые сильно затрудняют движение: все-таки Мила отлично умела вязать всяческие узлы – подвижные и стационарные. Отец научил ее затягивать веревки различными способами, полезными для скалолазов. Шнуры на Стерлинге были затянуты так, чтобы не дать ни малейшей слабины.

– Что ты творишь? – простонал он, барахтаясь и извиваясь, точно выброшенная на берег рыбина.

Мила ничего не ответила. А что сказать этому психу? К тому же сейчас ее занимал другой вопрос: что делать дальше. Вновь и вновь она перебирала, увы, не идеальные варианты.

Остаться тут, надеясь, что кто-нибудь прибудет ее спасти? Приемлемо, только если этот «кто-то» поверит ее россказням про Стерлинга и совершенные им убийства. Имелась большая вероятность, что не поверит. Сюда мог явиться, скажем, управляющий ранчо, – а он, будучи работником, нанятым родителями этого урода, наверняка посчитал бы своей обязанностью поверить Стерлингу. В итоге мальчишку развяжут – и тогда, очень даже вероятно, он без колебаний убьет и ее саму, и Камило… Или еще кого-то, кто здесь нарисуется. Мириам. Клаудию.

Шансы на то, что спасительницей окажется мать Милы, невелики, ведь та по горло занята укрощением двуногих хищников в рыбацком домике. Вообще-то, Мила очень переживала за маму. Джоди Луна, невеликий знаток человеческой натуры, имела склонность терять хладнокровие. Теперь Мила знала, что Адлер Эванс, толстый противный придурок, в убийстве брата не повинен, – но она легко могла представить себе ситуацию, в которой ее мать в гневе дошла бы до ручки и застрелила бы этого урода. Это стало бы проблемой. Большущей проблемой.