Книга Кровавая гора, страница 113 – Алиса Валдес-Родригес

– В принципе, можем повернуть назад, – предложил Стерлинг. – Пожалуй, это будет удачной идеей. Выше по склону снега намело еще больше, да и ветер в нашу сторону. Кажется, охотинспектор уже успела вернуться, и у вас, надеюсь, все-таки появился шанс поохотиться. Или, по крайней мере, хоть немного пострелять.

– Предупреждаю: я приду в ярость, если не добуду лося, – объявил Адлер. – Прилететь в Нью-Мексико, только чтобы пройтись на снегоступах, – просто позор!

– Эй, Клифтон, приятель? – позвал Стерлинг.

– Да? – откликнулся Клифтон, раздраженный тем, что этот сопляк осмелился обратиться к нему таким образом. Он не был приятелем никому из Эвансов, ни молодым, ни старым. Он был мужем Дакоты.

– У тебя достанет сил вернуть нас к домику? Возглавить цепочку и просто идти по нашим следам?

Вообще-то, никаких сил у Клифтона уже не осталось. Но он не мог признаться в этом при всех этих людях, рискуя поставить Дакоту в неловкое положение перед семьей.

– Конечно! Для меня это станет большой честью, – соврал он сквозь стиснутые зубы.

Разве можно заработать головную боль от холода, просто широко улыбаясь и дыша морозным воздухом сквозь ткань балаклавы? По-видимому, очень даже. Плотно сомкнув губы, Клифтон на пробу растянул их в стороны.

– Вот и отлично! Тогда давайте все развернемся и пойдем обратно, – предложил Стерлинг.

К счастью, спуск оказался намного проще подъема, и совсем скоро они вернулись к хижине, где с облегчением избавились от снегоступов. А еще через пару минут оказались в отлично натопленном рыбацком домике.

Джоди и Камило, с обеих сторон поддерживая под локти избавленную от наручников донью Лавато, вели ее через уставленный чучелами тайный подвал. По дороге им никто не встретился, и Камило предусмотрительно прикрыл за ними дверь-стеллаж. Оценивая реакцию своей арестованной на окружающее их диковинное собрание мертвых тварей, Джоди время от времени косилась на лицо доньи Лавато: та была одновременно поражена, озадачена и опечалена.

– И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, – прошептала донья Лавато, – и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время[105].

– Не стану спорить, донья Лавато, – сказала Джоди. – Не стану спорить.

– Они исполнены всякой неправды, – продолжала донья Лавато. Заглянув ей в лицо еще раз, Джоди увидела, что глаза старухи наполнились слезами. – Блуда, лукавства, корыстолюбия, злобы, исполнены зависти, убийства, распрей, обмана, злонравия…[106]

– Значит, так, Камило. – Джоди повернулась к управляющему. – Мне известно, что здесь бывает Адлер. Но я надеюсь, тут имеется какая-нибудь кладовая, кабинет, вентилируемый шкаф, в общем, безопасное место, где мы могли бы спрятать донью Лавато, чтобы никто не обнаружил ее, даже если Эвансы, скажем, нагрянут сюда все вместе?

– Да, мэм, – ответил Камило. – Идите за мной.

И Джоди, теперь уже в одиночку поддерживая старуху, последовала за управляющим ранчо, к которому почти не испытывала доверия. Когда они встретились впервые, Камило показался ей учтивым и добрым парнем, но теперь ей думалось, что он мог притворяться, тщательно скрывая под маской дружелюбия свои истинные чувства и намерения. Джоди почти уверилась в том, что донья Лавато не убивала Брайса. Во-первых, наконечник стрелы, явно купленный в магазине, не соответствовал тем, которыми она оснащала свои стрелы, – Лавато все делала своими руками. Во-вторых, старуха едва не разрыдалась при виде собранных в этом подземном зале охотничьих трофеев. Это сообщило Джоди, что, несмотря на всю браваду и угрозы, донья Лавато была не безжалостной убийцей, а, напротив, чутким, впечатлительным человеком. Сумасшедшим? Да, пожалуй. Но при этом чутким и впечатлительным. Эта многое повидавшая на своем долгом веку женщина всего лишь хотела защитить свою ферму на своей земле, которая принадлежала ее семье на протяжении веков, и Джоди не могла винить ее за это. Действовала ли старуха наилучшим образом? Скорее всего, нет. Но донье Лавато изрядно лет. И она, учитывая ее способность вспомнить и процитировать наизусть любой стих из Библии (или, не исключено, любой другой текст), либо страдала аутизмом, либо обладала особым даром, – либо и то и другое вместе. Можно ли назвать ее чудачкой? О да. Тащила ли она в дом все без разбора? Однозначно. Проявляла ли здравый смысл, позволяя козам и медведям жить в доме рядом с ней? Пожалуй, нет. Съел ли ее медведь Брайса? Да. Но убилили Брайса медведь или сама старуха? Вероятно, нет.