Книга Тайна куриного бога, страница 71 – Юрий Шиляев

— Уверен? — Загоруйко хмыкнул. — Девушка собирается замуж, у жениха бездетный дядя с блокирующим пакетом акций крупнейшего производителя дизелей во всём бывшем Советском Союзе. И, Витя, обрати внимание, что дизели эти ставятся на боевые машины пехоты — БМП и БТР. Убив дядю, и остальных наследников, тоже, кстати, бездетных, наш синенький дед Мороз на самом деле убивает даже не двух, а всех зайцев — его девушка выходит замуж за племянника убитого, становится женой единственного наследника, а там полгода чтобы вступить в наследство и потом уже избавиться от мужа — Никиты Полетаева. Вот тебе и богатство, и девушка.

— Не, Вань, слишком сложная схема для психопата. Этот скорее всего, просто бы застрелил её, потом себя, и у нас было бы банальное убийство на почве ревности. А вот по заводу бы я проработал версию. Просто нет другой причины платить деньги наёмному убийце — а дед Мороз в красном костюме был именно наёмным убийцей. Он профессионально убрал от двери помеху. Удар такой, что не каждый специалист сумеет. Такой жирный кусок, как завод Трансмаш, вполне себе и мотив для убийства, и причина потратиться на исполнителя. Вот только кто этот исполнитель? И, самый главный вопрос: как за месяц раскрыть дело, которое не разгребёшь за год?

Курилов сто раз пожалел, что в тот новогодний вечер взял трубку. Не могли никого вызвонить, он один оказался возле телефона. Ещё больше жалел, что позвонил своему другу, московскому журналисту, и рассказал о «заговоре дедов Морозов», а тот растрезвонил на всю страну. Дело надо было раскрыть быстро, но ничего не получалось. Какой тут карьерный рост, как бы вообще из органов не вылететь — из-за служебного несоответствия, например.

Остаток зимы — январь и февраль — он носился с версией, что убийцу подослали к Василию Васильевичу Полетаеву, патриарху семьи, по совместительству владельцу блокирующего пакета акций. Где только не был: в комитете по управлению госимуществом, на самом заводе, выяснял подноготную реестродержателей, встречался с бизнесменами Союза промышленников и предпринимателей. Всё в пустую. Точку поставил начальник следственного комитета Верещагин, наорав на Курилова прямо перед всеми, на планёрке. Ему несколько раз звонил наш мэр — Баварин — и видимо, ничего приятного не сказал. Курилов ещё пытался трепыхаться, но Верещагин пресёк его возражения:

— Приватизация и реорганизация завода Трансмаш невозможна в самом принципе, и все об этом знают. Туда никто даже не суётся, поскольку это стратегический объект… обороноспособность нашего государства… ну вы сами понимаете. Дальше, какие ещё есть версии? Вы их отрабатываете? Почему вы ищете, кто хотел убить Полетаева? А кто убил наёмного убийцу? Вы ничего не перепутали, Курилов? Он такой же гражданин Российской Федерации! И умер насильственной смертью. А мы до сих пор топчемся на месте, вы даже не установили личность убитого! Вы запросы послали хотя бы? А если послали, где ответы? Почему я за вас должен работать? Если считаете, что он бывший военный, почему сидите здесь? Почему не в архиве Минобороны? Встал и шагом марш!

— Куда? — растерялся Курилов.

— В Подольск! Адрес дать, где военный архив находится? Или сами найдёте?

В Подольске Курилов довольно быстро установил, что обладатель отпечатков прапорщик Соловьёв Евгений Геннадиевич, но света на дело это не пролило. Наоборот, следователь запутался ещё больше. Согласно архивным документам, красный дедушка Мороз, он же прапорщик Соловьёв, погиб смертью храбрых при исполнении задания в одной из дружественных стран Африки ещё в тысяча девятьсот восемьдесят девятомгоду. Посмертно награждён орденом красной звезды. Жены, детей, родственников у «погибшего» не оказалось. Детдомовский. О сослуживцах выяснить ничего не удалось, часть была расформирована в девяносто первом году, данные засекречены. Поездка в детский дом в Подмосковье тоже оказалась абсолютно пустой.