Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра Инкогнита, страница 138 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

— Полезным⁈ — она ткнула пальцем в сторону коридора, туда, где за кафельными стенами и бронестеклом стояли боксы с их обитателями. — Ты лжёшь, Штерн! Я видела их! Те, с разъёмами в черепе, с пластинами и проводами, это проект «Поводок», верно? Нейроуправление хищной фауной. Для «РосКосмоНедра». Корпорация мечтает получить управляемых боевых зверей, и ты продаёшь им эту мечту!

Штерн не ответил. Уголок его рта дёрнулся. Не совсем усмешка, скорее тень усмешки, промелькнувшая и исчезнувшая, как рябь на воде.

Алиса увидела это и вспыхнула ярче.

— А те, вторые⁈ — голос поднялся на полтона, и эхо подхватило его, отбросило от кафельных стен. — Раздутые, с опухолями, с венами как канаты⁈ Это не наука! Это даже не эксперимент! Ты накачиваешь их стимуляторами, чтобы увеличить выработку желёз! Чтобы варить «Берсерк» и гнать его «Семье»! Ты работаешь на два фронта, Штерн! На Корпорацию и на бандитов одновременно!

Я стоял с проводами в руках и слушал. Кусочки мозаики, которые валялись по углам моего сознания с самого начала, вдруг начали складываться. Подземная лаборатория в джунглях, где Бизон и Миха варили «Берсерк» из желёз хищников. Ампулы, которые забрал капитан и которые «никогда не существовали». Фабричный масштаб производства. Кто-то поставлял сырьё. Кто-то с доступом к живым динозаврам, с лабораторией, с оборудованием, с учёными.

Штерн.

— Подожди, — сказал я, и голос через мембрану противогаза придал словам металлическую тяжесть. — «РосКосмоНедра» и «Семья»? Одновременно?

Алиса повернулась ко мне, и в её глазах было столько праведной ярости, что хватило бы на небольшой крестовый поход.

— Да! Официально он разрабатывает биооружие для Корпорации. Нейроуправление, усиление фауны, контролируемые мутации. Бюджеты, гранты, отчёты с красивыми графиками. А неофициально гонит сырьё для наркотрафика бандитам. Железы, стимуляторы, готовые компоненты для «Берсерка». Получает бюджеты от одних и чемоданы нала от других!

Штерн слушал. Стоял посреди тумана, руки в карманах халата, и слушал с выражением профессора, которого студентка обвиняет в подтасовке данных на защите диплома.

Когда Алиса замолчала, тяжело дыша, он медленно, демонстративно поднялруки из карманов и несколько раз хлопнул в ладоши. Звук получился глухой и влажный в отравленном воздухе.

— Браво, Алиса, — сказал он, и в его голосе промелькнуло что-то похожее на настоящее уважение. Или на его имитацию, с этим человеком разница была микроскопической. — Какая ты догадливая. Я всегда говорил, что у тебя потенциал. Жаль, что ты решила потратить его на… — взгляд скользнул по её мятой форме, босым ногам в ботинках, разбитым костяшкам, — на это.

— Теперь понятно, — сказал я, и мысль, оформившаяся в слова, встала на место с тем удовлетворительным щелчком, с каким детонатор входит в шашку. — Едет комиссия. Которую майор с плаца так боится. И если «РосКосмоНедра» увидит, что ты развёл тут лабораторию по производству наркоты для бандитов, тебя закопают. А если «Семья» узнает, что ты параллельно сливаешь данные и технологии федеральной корпорации, тебя закопают ещё глубже. Тебе конец с обеих сторон, Штерн.

— Именно, — Алиса стояла рядом со мной, и голос её окреп, как будто каждое произнесённое обвинение добавляло ей прочности. — Поэтому он утилизирует всех. Образцы, данные, улики. Через два дня комиссия увидит чистую лабораторию с красивыми отчётами. А «Семье» он скажет, что линию накрыли при зачистке. Начнёт заново на другой базе. С чистого листа.