Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра Инкогнита, страница 121 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Голос повысился на последнем слове, и плац услышал. Расходники, которые секунду назад пялились на экзоскелеты с восторгом, теперь переводили взгляды на Дымова. И в этих взглядах читалось кое-что новое. Удовольствие. Тихое, злорадное удовольствие людей, которых гоняли, строили, заставляли драить полы и красить трубы, а теперь вот самого загонщика гнали точно так же. Иерархия силы в действии. Большая рыба жрёт среднюю, средняя жрёт мелкую, а мелкая стоит и смотрит, как среднюю жрут.

Дымов побледнел. На его скуластом лице, обычно выражавшем скуку и лёгкое презрение ко всему живому, проступила та особая бледность подчинённого, которому только что показали дно пищевой цепочки. Он стоял, вытянувшись по стойке смирно, икивал на каждую фразу майора, часто и мелко, как китайский болванчик на приборной панели грузовика:

— Виноват, товарищ майор.

— Виноват он… Чтобы через два часа плац блестел. Техника вымыта, личный состав в форме, казармы в порядке. Через двое суток здесь будет комиссия из штаба, и если они увидят это, — палец офицера описал широкий круг, охватывая грязный плац, побитые БРДМы и нас, расходников, в наших залитых тиной обносках, — если они увидят это, сержант, ты у меня будешь чистить выгребные ямы до конца контракта. Лично. Зубной щёткой. Вопросы?

— Никак нет, товарищ майор.

— Выполнять.

Дымов развернулся и зашагал прочь, очень прямой, очень быстрый, с тем ожесточённым выражением лица, которое бывает у людей, получивших взбучку и готовых немедленно передать её по цепочке вниз.

Через минуту он будет орать на нас. Через две мы будем драить плац, технику и всё, до чего дотянемся. Круговорот дерьма в армии, вечный и неизменный, что на Земле, что на Терра-Прайм.

«Тайфун» взревел дизелем и покатился дальше к ангарам, оставляя за собой рыжую пыль и запах горелого топлива. Бойцы группы «Буря» шли за ним колонной, а часть расселась на броне, свесив ноги с десантных скамей, закреплённых вдоль бортов.

Курили, переговаривались, смеялись чему-то негромко. Расслабленные, спокойные люди, вернувшиеся с работы. Среди них были и девушки, что было удивительно. Причем симпатичные.

Экзоскелеты позвякивали на стыках при каждом толчке машины, и дым сигарет мешался с соляркой и поднятой пылью.

БТР проезжал мимо меня в трёх метрах. Достаточно близко, чтобы почувствовать вибрацию от колёс через подошвы ботинок и разглядеть каждую царапину на броне.

Бойцы на ней тоже были близко. Лица, скрытые тактическими визорами, казались одинаковыми.

Последний сидел ближе всего к краю. Молодой, лет двадцати пяти по виду, хотя для аватара это не значило ничего. Крепкий, широкоплечий, с тем особым телосложением, которое дают не тренажёры, а годы честной полевой работы. Визор был сдвинут на лоб, и я видел загорелое лицо с квадратной челюстью и коротким рубцом на переносице.

Его взгляд скользнул по толпе расходников на плацу, равнодушный, как луч прожектора по пустому полю. Мелькнул по мне и пошёл дальше.

Потом вернулся.

Я заметил это краем глаза, потому что ужеотворачивался. Заметил, как его зрачки зафиксировались на моей фигуре, на массивных плечах «Трактора», на характерном силуэте инженерной модели, который невозможно спутать ни с «Спринтом», ни с «Легионом». «Трактор» среди лёгких аватаров выглядел как шкаф посреди табуреток.