Книга Ты здесь, а я там, страница 81 – Евгений Меньшенин

Лично мне они показались нормальными мужиками.

Короче, ремонт снова завис.

Тогда я купил две щеколды и прикрутил на крышку подвала. Можно было расслабиться, убрать пресс-папье из двух коробок с книгами.

Когда пришло время снять показания со счетчика в подвале, я взял бейсбольную биту, которую выиграл в лотерею на IT-семинаре. На ней была наклейка «Оружие против паразитов». Я с дрожью в ногах открыл подвал и вскинул биту. Ожидал, что сейчас что-то прыгнет мне в лицо. Но там никого не было. Я сфотографировал счетчик. Снимок получился с пятого раза – руки дрожали. Захлопнул крышку и закрыл на обе щеколды. Я вспотел, будто пробежал пару километров.

В сентябре появилась новая команда, состоявшая из самых отъявленных обалдуев.

Наступали морозные дни.

Третья бригада круглые сутки сверлила, варила и долбила. На стенах остались ожоги от сварки. Пришлось их закрашивать. Но на кафельной плитке в туалете черные пятна я отмыть не смог.

Когда пустили горячую воду, из труб забили фонтаны. Они поливали дом, как живую изгородь. Были бы в квартире комнатные растения, это было бы неплохо. Но тут прижилась только плесень.

У соседей сверху случилось то же самое. Мы перекрыли краны и стали ждать, когда слесари закроют дыры.

Прошло еще две недели.

К октябрю ремонт закончили. Трубы были горячими только на кухне. В ванной и в жилых комнатах стоял холод.

Обогреватель не особо помогал. Зато комары пропали.

Приходила соседка сверху. Она звонила в управляющую компанию, и те посоветовали открыть все краны на трубах в квартире снизу – у меня. Я при ней все проверил. В ванной один вентиль и правда был закрыт. Полотенцесушитель стал немного теплым. Но больше ничего не изменилось.

Мы жаловались. Звонили в управляющую компанию, писали письма, приходили в офис, но они только разводили руками. Говорили, что трубы еще не прогрелись, что где-то воздушная пробка, что они разберутся.

У женщины сверху заболел ребенок. И тогда она устроила им разнос. Пришли какие-то мужики, покачали головой, посмотрели на трубы и ушли. В комнатах стало потеплее. Но не так чтобы слишком. Мужики снова вернулись. Сказали, что если температура в помещении будет ниже семнадцати градусов, то система отопления прибавит жару. Термометр на электрическом обогревателе показывал восемнадцать. Сказали, что это норма.

Я был не просто в шоке.

В ужасе!

Восемнадцать градусов – это норма?

В родительском доме зимой термометр показывал двадцать пять. Мы проветривали квартиру даже в феврале. Было уютно и тепло, и хотелось жить. Здесь же хотелось только умереть.

Каждый вечер я ложился в холодную постель, как в гроб. Я чувствовал себя Дракулой, который прячется от дневного света.

* * *

Достаточно ли было всего этого, чтобы съехать с проклятой квартиры?

Достаточно ли было плесени, которая появлялась на мебели, посуде, еде? Достаточно ли было пауков в углах, сороконожек на стенах? Всепроникающего холода и темноты?

Нет. Мне было недостаточно.

Ситуация была не из приятных. Я мечтал съехать. Но произошло небольшое ЧП.

У нас на работе сгорел сервер. И оказалось, что бэкапы не делались несколько месяцев. Как так вышло, до сих пор неизвестно. Мне пришлось восстанавливать жесткие диски за свой счет. Отдал по восемнадцать тысяч за каждый жесткий диск, а их было два.