Книга Кровь Дома Базаард, страница 369 – Дина Шинигамова

Подавив желание принять истинный облик, в котором чувствовала себя спокойнее и увереннее, Липтрик вскинула подбородок и прибавила шагу, взглядом ища впереди провожатого. Туман клубился тут, вдалеке от твердыни, особенно густо, и одежда шакалицы отсырела, став тяжелой, а шерсть рысящего сбоку осатэ от влаги собралась забавными клочками. Липтрик на мгновение притормозила и, придержав капюшон, закинула голову к небу – сквозь марево тумана едва заметно проступал скупой белый свет. Здесь, на дальних улицах, где чудесное действие твердынь ослабевало, белесые клубы застилали все пространство, и шакалица задумалась, как, должно быть, уныла жизнь Младших семей.

Наконец они повернули и остановились у неприметного домика, чуть почище и поаккуратнее своих соседей. Одноэтажный, как и все в этой части квартала, он все же мог похвастаться небольшой надстройкой у самой крыши – чем-то вроде невысокого чердачка с круглым окошком. Стены и дверь были покрыты свежей серой краской в заведомо проигрышной попытке противостоять тлетворному воздействию тумана, стекла окон тоже явно протирались чаще раза в неделю – через них даже можно было разглядеть тусклый свет горящей внутри свечи.

Липтрик с любопытством заглянула в окно рядом с дверью и тут же одернула себя – такое поведение не достойно члена Высокого Дома. Она занесла руку над дверью, собираясь постучать, и оглянулась – сопровождавшие ее осатэ растворились на улице, ничем не выдавая своего присутствия, но все же Липтрик чувствовала, что они наблюдают за ней. Решительно сжав губы, она несколько раз стукнула костяшками по крашеным доскам. Звук получился гулкий, уходящий куда-то вглубь домишки, снаружи же его поглотил туман.

Несколько мгновений ничего не происходило, потом послышались осторожные шаги. Дверь медленно приоткрылась.

На пороге стояла молодая женщина со светло-русыми волосами, заплетенными в обычную косу. Платье ее было чистым, но простым и несколько выцветшим. Лицо ее определенно еще недавно было красивым, сейчас же заботы отяжелили его черты, прорезали морщинами между бровей и в уголках рта. Некогда ясные голубые глаза смотреливнимательно и тревожно, словно затянутые пленкой безрадостных мыслей.

Липтрик осторожно потянулась к ее таэбу и ощутила что-то, будто плотно укрытое слоями пыли, вязкое и засасывающее. С ужасом, поспешно прикрывая собственные мысли, она задумалась: неужели это состояние – последствие допущенного Полто легкомыслия?

– Кто вы? – спросила женщина, окидывая Липтрик быстрым внимательным взглядом.

Вместо ответа та распахнула плащ, давая увидеть цвета своего платья. Глаза женщины чуть расширились, в таэбу колыхнулась волна удивления, смешанного с радостью, и Липтрик с сожалением качнула головой, опережая горький вопрос:

– Не думаю, что он придет. А вот я здесь.

В таэбу накатившей на берег волной рассыпалась горечь, и женщина кивнула, отступая в сторону и пропуская Липтрик внутрь.

– Шеру Турике, – она коротко склонила голову, придерживая дверь, – добро пожаловать в наш дом.

Внутри было чисто, но пустовато. Голые стены, струганые доски пола – впрочем, сухие, нигде не виднелось темных пятен плесени, этой напасти живущих у земли. Липтрик с облегчением заметила во второй комнате жаркий камин, разгоняющий сырость тумана, и подавила порыв направиться к нему, чтобы отогреть замерзшие пальцы. Она сняла плащ, оставив его на стуле в прихожей, и огляделась, ожидая, когда ее пригласят пройти дальше. Шакалица закрыла дверь и привалилась к ней спиной, внимательно смотря на Липтрик, во взгляде и таэбу ее теперь сквозила настороженность.